Разве вы не чувствуете, что нельзя помогать душе, — ослепшей, ощупью, своими особенными, таинственными путями стремящейся к свету, — может быть к новому, более яркому?..
Как жестоки люди. Если не то телосложение, то надо добраться до души.
Разве вы не чувствуете, что нельзя помогать душе, — ослепшей, ощупью, своими особенными, таинственными путями стремящейся к свету, — может быть к новому, более яркому?..
— Я не готова умереть.
— Будешь готова, когда увидишь, что они сделали с твоим милым возлюбленным. В ожившем кошмаре... сбывались все сны. Ты искала способ сохранить власть над собой, искала способ пережить это. Когда ты была влюблена, ты оставила его, плачущего, чтобы заглушить яростные голоса и изгнать свои страхи. Но потом из тьмы явились они, через бурные тёмные моря, и опустошили эти берега. Ты всё ещё слышишь его крики? Теперь, когда ты дома... он так далеко, они забрали его душу. Те боги, которым ты не можешь молиться. Они могут разрушить тебя, но ты не нарушишь обещание, и даже его смерть не разлучит вас. Через тьму вокруг ты найдёшь его. В твоём мече ещё бьется сердце. Ты сражалась за любовь, боролась за свою мечту, тьма разрушала тебя изнутри... теперь тебе никак не победить... Голова его, отделённая от тела — вместилище его души. Поэтому ты должна нести её с собой, чтобы вернуть его домой.
А эта бесстыдная голь
Души, ежедневно распятой!
О, как увлекательна боль,
Когда она рифмами сжата!
И каждый примерить спешит, —
С ним схожа ли боль иль не схожа,
Пока сиротливо дрожит
Души обнаженная кожа.
Ястреб всегда над вечерними облаками.
Как ему, должно быть, печально!
В безмолвии ветра его цепким крыльям нет отдыха.
Что ты такое, моя душа-ястреб?
Что ты такое, моя, кружащая в небе, тоска?
Мой спутник на дороге, в пустых полях -
И тебе, должно быть, одиноко?
Мы вместе идём по лугам под треск кузнечиков,
Но не перемолвимся ни словом.
Что ты такое, моя душа-путник?
Что ты такое, моё одиночество?
Когда душа твоя
устанет быть душой,
Став безразличной
к горести чужой,
И майский лес
с его теплом и сыростью
Уже не поразит
своей неповторимостью.
Когда к тому ж
тебя покинет юмор,
А стыд и гордость
стерпят чью-то ложь, —
То это означает,
что ты умер…
Хотя ты будешь думать,
что живешь.
Кто-то полз к воде — ветхий старенький причал,
Был в его судьбе, как начало всех начал.
За собой тащил свою мокрую тетрадь,
Из последних сил что-то пробовал писать.
А затем нырнув, скрылся под водой.
Зашумел прибой, унося его с собой.
Мир менялся на глазах.
Зов стихий в людских сердцах
Посеял первобытный страх, посеял страх.
Самого Дагона сын
Из морских пришел глубин -
То был судьбы недобрый знак, недобрый знак.
Каждый день в умах росло Необузданное зло.
То был судьбы недобрый знак, недобрый знак.
Все прокладывали путь к морю сквозь иную суть.
То был судьбы недобрый знак, недобрый знак.
Новой рассы молодой Вид родился под водой.