Люди большей частью уже мертвы в своих пронизанных материнским сознанием страхах, сомнениях и смятениях.
Считается, что я всегда играю самого себя. Господи боже! Я бы сыграл себя, если бы знал, кто это такой. Сыграл бы с полной выкладкой! Но никогда ведь не знаешь, кто ты на самом деле
Меня тянет к тебе по той же причине, по которой я не могу быть с тобой. Тебя не изменить и для меня это не проблема, но это означает, что у меня будут проблемы с собой. Я знаю, что нет идеальной версии меня. Я знаю, что буду объединять вид за видом, но никогда не стану полноценной. Но я знаю как бы сложилось у нас — я потеряю часть себя и сану частью тебя, потому что странным образом ты лучше справляешься с моей работой даже не стараясь. Твоя и больше ничья Юнити.
Я поэт, — говорил Винсент, — который никогда не писал стихов, живописец, не создавший ни единого полотна, любовник, никого беззаветно не любивший, короче, человек, проживающий век без цели и даже без головы.
Подчинение личности обществу, народу, человечеству, идее – продолжение человеческих жертвоприношений.
Каждой личности приходится сражаться для того, чтобы её не погубило собственное племя.
Никто никогда не бывает виноват только сам. Такими, какими мы становимся, нас делают люди.
Кто мы такие, в основном определяет память, именно поэтому так тяжело бороться с привычками.
Cлайд с цитатой