Няньки (Twin Sitters)

Другие цитаты по теме

— Итак, на что конкретно пойдут эти деньги?

— Мы хотим открыть ресторан.

— Понимаю. И какое у вас обеспечение?

— Покажи!

— Лазанья в мясном соусе, отменные макароны в томатном соусе с базиликом, равиоли с моцареллой в мясном соусе, баклажаны фаршированные пармезаном, а на десерт — ватрушка.

— Обычно она пышнее, но мы её на дно сумки положили...

— Под обеспечением я понимаю капитал который гарантирует возвращение ссуды.

— Капитал — это деньги что-ли?

— Да!

— Если бы у нас были деньги зачем бы мы просили ссуду?

Извините моего брата, по нему электрический стул плачет.

Я понимаю, иметь четверых детей без матери тяжело, но мой каблук еще тяжелее.

— Жаль, что не мальчик, мистер Ретт. Вы уж извините.

— О, заткнись, Мэмми, кому они нужны, эти мальчики, от них одни хлопоты — разве я не доказательство?

Колени – их следует отнести к наиболее важным органам в организме женщины. Мудрая природа предусмотрела их для того, чтобы на них отдыхали малые дети, но чаще они используются на пикниках: на них кладут куски холодной курятины и головы взрослых самцов. Самцы же нашей породы колени имеют недоразвитые, ни на что полезное не годные и никоим образом не способствующие выживанию вида.

— Почему бы тебе не пойти и не позвать ее на свидание?

— Это определенно сработает. Привет, я — Фред. Я живу в машине, не хочешь со мной встретиться?

Не все дети похожи на своих родителей. Посмотри на меня! Мои предки были честными трудолюбивыми людьми...

С переутомленными пятилетними детьми следует обращаться, как со взрывными устройствами.

— Я хотел бы пригласить тебя на свидание, но подумал, что глупо как-то получится. Ну так как насчёт свидания?

— Э-э, нет, обойдусь. Просто подпиши вот здесь.

— Я спал и видел тебя у себя во сне, мне снилось как ты приносишь посылку. Странно, правда?

— Совсем не странно... Просто у тебя в голове удобный подпространственный туннель, через него я и хожу. Пять километров за пятнадцать секунд. Или у вас в Канаде такого нет? Ты должен расписаться, не знаю, за что.

— Если распишусь, ты уйдёшь... Ты здесь новенькая, а я здесь всю жизнь живу, имеет смысл нам с тобой затусить.

— Да, так всё устроено! Ты хочешь затусить со мной? Если отвечу да, ты подпишешь свою фигню?

— Вот! Сегодня в восемь!

Я понял, что должен выражаться еще откровеннее.

— Я никогда не смогу на тебе жениться, Оликея. Ты не сможешь стать моей… — Я попытался вспомнить спекское слово и понял, что мне оно неизвестно. Тогда я воспользовался гернийским: — Женой. Ты никогда не станешь моей женой.

Она облокотилась мне на грудь и сверху вниз заглянула мне в лицо.

— Что это такое? Жена?

Я печально улыбнулся.

— Жена — это женщина, которая будет жить со мной до конца моей жизни. Женщина, которая разделит со мной дом и судьбу. Женщина, которая родит моих детей.

— О, я рожу моих детей, — спокойно заверила меня Оликея и снова улеглась рядом со мной. — Надеюсь, девочку. Но мне не нравится твой дом в пустых землях. Ты можешь оставить его себе. Что до судьбы, то у меня есть своя судьба, так что твоя мне не нужна. Ее ты тоже можешь оставить себе.