Александр Николаевич Аммосов

Другие цитаты по теме

Когда-нибудь он покинет эту площадь,

и голос другие песни споёт другим,

и станет пространство шире, глуше и проще,

как будто бы площадь собой была только с ним.

Как будто бы ангел с колонны им любовался

и чувствовал в нём родное своё крыло,

услышав ноты «Сансары» или «Романса».

Да… Ангел в нём, без сомнений, узнал своего,

и люди в нём тоже видят своё, родное.

Купаясь в звуках, отращивают мечты

и сами становятся звонкой одной струною,

сердцами выстукивая рок-н-рольный ритм.

К долгожданной гитаре

Я тихо прильну,

Осторожно и бережно

Трону струну.

И она отзовется,

Зазывно звеня,

Добротою наполнив

Тебя и меня.

От зари до зари,

От темна до темна

О любви говори,

Пой, гитарная струна!

Афоризм — это результат флирта мысли со словом.

Люблю тебя, как будто сердце песню

Таинственную, тихую поёт...

Для них она Богиня всего женственного, всего самого недоступного, всего самого порочного.

Осенний ветерок слегка приоткрыл дверь и прислал свою визитную карточку – золотистые листья…

Голубка моя,

Умчимся в края,

Где всё, как и ты, совершенство,

И будем мы там

Делить пополам

И жизнь, и любовь, и блаженство.

Из влажных завес

Туманных небес

Там солнце задумчиво блещет,

Как эти глаза,

Где жемчуг-слеза,

Слеза упоенья трепещет.

Это мир таинственной мечты,

Неги, ласк, любви и красоты.

Взгляни на канал,

Где флот задремал:

Туда, как залётная стая,

Свой груз корабли

От края земли

Несут для тебя, дорогая.

Дома и залив

Вечерний отлив

Одел гиацинтами пышно.

И тёплой волной,

Как дождь золотой,

Лучи он роняет неслышно.

Это мир таинственной мечты,

Неги, ласк, любви и красоты.

Мужчина встал. Из кулака его выскользнуло узкое белое лезвие. Тотчас же капитан почувствовал себя большим и мягким. Пропали разом запахи и краски. Погасли все огни. Ощущения жизни, смерти, конца, распада сузились до предела. Они разместились на груди под тонкой сорочкой. Слились в ослепительно белую полоску ножа.

«Мертвые поэты» стремились постичь тайны жизни! «Высосать весь её костный мозг!» Эту фразу Торо мы провозглашали вначале каждой встречи. По вечерам мы собирались в индейской пещере и читали по очереди из Торо, Уитмена, Шелли, из романтиков, а кое-кто даже читал свои стихи. И в этот волшебный миг поэзия действовала на нас магически. Мы были романтиками! Мы с упоением читали стихи, поэзия капала с наших языков как нектар.

Если любви суждено стать незабываемой, с первой же минуты к ней должны слетаться случайности, как слетались птицы на плечи Франциска Ассизского.