Многие мои друзья говорят мне, что я колкий и нетерпеливый, а мне почему-то кажется, что я просто как луч солнца.
Я играю в крикет и упражняюсь в сарказме с английским репетитором каждую среду.
Многие мои друзья говорят мне, что я колкий и нетерпеливый, а мне почему-то кажется, что я просто как луч солнца.
Я давно потерял все надежды на взросление. Я сбился с пути и застрял где-то в районе 10 лет.
Идут белые снеги...
И я тоже уйду.
Не печалюсь о смерти
и бессмертья не жду.
Я не верую в чудо,
я не снег, не звезда,
и я больше не буду
никогда, никогда.
И я думаю, грешный,
ну, а кем же я был,
что я в жизни поспешной
больше жизни любил?
Я могу в какой-то момент быть чересчур горячим, быть может, даже грубым, но никогда не буду вульгарным, могу убить, но не оскорбить, могу назвать вещи своими именами, но никогда не разрешу себе пошлого намёка, я сам придумываю свои шутки, которые рождаются вдруг, по воле случая, но никогда не цитирую оперетту или юмористические журналы.
Я была номинирована на «Оскар» пятнадцать раз и выигрывала дважды, а все еще кажется, что это происходило с кем-то еще. Пожалуй, я бы испытала это снова!
Я отношусь к типу людей, которые любят и ценят уединение. Я люблю быть один. Или вернее так: быть одному мне совсем нетрудно.
Гораздо более важно то, что ты думаешь о самом себе, чем то, что другие думают о тебе.
Я живу в своем детстве, располагаюсь в нем поудобнее, как на кушетке у психоаналитика.
Такое вы видали, ох, едва ли!
Стою, не чую под собой земли:
Меня вчера верблюдом обозвали
И выводы под это подвели.
И это мненье утвердилось свыше,
Я бился в двери с криком: «Наших бьют!»
Кивали мне, но слушали, не слыша,
Поскольку я отныне был верблюд.