Нет никакой необходимости, чтобы хотя бы один человек на нашей планете испытывал голод или был бездомным. Нет никаких оснований для всего этого.
Впрочем, правду не всегда нужно произносить, а ложь нередко бывает необходимой.
Нет никакой необходимости, чтобы хотя бы один человек на нашей планете испытывал голод или был бездомным. Нет никаких оснований для всего этого.
– Хей, Андреа!
Из кухонной двери высунулась улыбающаяся сестра.
– Хей! – отозвалась она. – Ты голодная?
– Жутко.
– Я приготовила пасту; надеюсь, ты чувствуешь себя итальянкой, – сказала Андреа и исчезла в кухне.
Зои хотелось ответить что-нибудь забавное. Она попыталась оформить остроумный ответ: «Само собой, если на кухне меня будет ждать сексуальный итальянец». Но даже на её вкус шутка вышла совсем не смешная. Как и большинство шуток Зои, эта безвременно скончалась, не дойдя до рта. Остроумие посещало в основном других людей, а если это вдруг случалось у Зои, то с опозданием часа на три.
Можно было все стерпеть: и обстрел из вражеских орудий, и пронизывающий человеческую душу вой «Юнкерсов» над твоей головой, и любую физическую боль от полученных ранений, и даже смерть, которая ходила за тобой по пятам, но голод... Его терпеть было невозможно.
И те, что кричат, Ангерран, так и не узнают, никогда не узнают, что не в моей власти дать им то, чего они требуют, что зависит это от времени. Победы мои они забудут, а будут помнить налоги, которыми я их облагал, и меня же обвинят в том, что я в своё царствование не накормил их.
Отведай человечины, здесь жрать больше нечего.
Все продажно, все слишком дорого.
Ничто не вечно, жизнь быстротечна,
Сожри меня заживо или умри от голода.
Надо — сколько каменного усердия в этом слове. Надо — категорическое, надо по долгу, надо под страхом неприятности, лишения, наказания исполняется, когда некуда отступать — со скрежетом насилия, с искаженной полуулыбкой...
Белые в клетках — сытые взгляды,
Братья по крови, но не по духу.
Спят и едят, отупели и рады,
Жирные туши с испорченным нюхом.
Я принимаю изменчивость мира:
Главное — выжить, мне не до жира.
Ешь с благодарностью. Теперь, когда многие лишены куска хлеба, ты должен быть благодарен, что тебе дают есть.