They call us terrorists after they ruined our countries.
Больнее всего наблюдать как то, за что боролся ты или твои предки не жалея себя, безжалостно рушат люди с раздутым самомнением, давшие себе право вершить судьбу тысяч людей.
They call us terrorists after they ruined our countries.
Больнее всего наблюдать как то, за что боролся ты или твои предки не жалея себя, безжалостно рушат люди с раздутым самомнением, давшие себе право вершить судьбу тысяч людей.
— ... Ну наконец-то ты заговорила! А то уже второй день от тебя ничего, кроме отрывистых ответов и странных взглядов...
— Сан, ты знаком с «Белым Клыком»?
— Ага. Не думаю, что в нашем мире есть хотя бы один фавн, который не слышал об этих придурках, решающих все проблемы насилием. Стадо дебилов, как по мне.
— Когда-то я тоже была одной из них.
— Стой! Ты была в «Белом Клыке»?!
— Я была частью этой группировки, сколько себя помню. Даже можно сказать, что я родилась среди них. Но тогда всё было иначе, чем сейчас: после войны мы должны были быть символом мира и братства между людьми и фавнами. Только вот, несмотря на обещанное равенство, фавны так и подвергались дискриминации — люди продолжали смотреть на нас сверху вниз. И тогда «Белый Клык» стал голосом нашего народа. И я была там — в первых рядах каждой мирной демонстрации и бойкота. Я правда думала, что наши действия что-то меняют... но тогда я была лишь наивной оптимисткой. И вот, пять лет назад у нас сменился лидер. Сменилась и тактика — мирные протесты стали перерастать в организованные атаки. Мы громили магазины, где не обслуживали фавнов. Воровали поставки у компаний, эксплуатировавших наших братьев. Но хуже всего то, что эти действия сработали — люди начали признавать нас равными себе. Но не из уважения, а из страха. И тогда я ушла — больше не хотела использовать свои навыки в злых целях, даже против людей. Тогда-то я и решила стать Охотницей. И вот я здесь — преступница, скрывающаяся у всех на виду с помощью маленького чёрного банта.
— А твои друзья знают об этом?
Я считаю, что исламский фундаментализм и экстремизм являются следствием той несправедливости, которая творится по отношению к мусульманам. Вы поймите: люди, которые взрывают себя, — это люди, потерявшие надежду на добро и справедливость. Они могут только мстить и карать.
Никогда не думал, что тот, кому доверяешь, может обернуться против тебя. Наши земли не просто были опустошены — они стали доступны к полномасштабному вторжению. Наши новые враги надвигались с юга экватора, разоряя обескровленную страну.
Но я хорошо вас натренировал. И вы не будете одни. Человек, который по настоящему любит свою Родину, не только отдаёт за неё свою жизнь. Он даёт ей и новых сыновей.
Время заслужить маску.
Слово — сильнейшее из орудий мыслящих существ. Мысль порой сильнее, как и магия, но именно слово способно убить, или воскресить! Именно слово — проводник мыслей, способ передать мысль от одного к другому. И только слово способно разрушить даже то, что создано магией, природой, человеком! Помните о силе слова! Уясните раз и навсегда, что ваше жизненное кредо — молчание. Знайте, что ваше могущество не в умении показать, на что вы способны, а в умении скрыть это.
Удивительное торжество нездравого смысла, которое наталкивает только на две мысли: или в Америке ничего не понимают, в чём я сильно сомневаюсь, или, на самом деле, Америка вовсе не хочет бороться ни с каким ИГИЛом и вообще ни с каким терроризмом и прочее, и прочее, и прочее. Это значит, что на самом деле у американцев совершенно другие цели, нежели те, которые они декларируют.