Когда узнают, это приятно.
Ты меня удивляешь. Ты знаешь сокровища Сьерра Мадре, но не знаешь Шарлиз Терон. Ты напоминаешь мне мою бабушку.
Когда узнают, это приятно.
Ты меня удивляешь. Ты знаешь сокровища Сьерра Мадре, но не знаешь Шарлиз Терон. Ты напоминаешь мне мою бабушку.
Поверьте, если я по-настоящему захочу сделать какую-то дикость, мне будет плевать, появится это завтра в газетах или нет.
Вначале популярность забавляет. Вы не возражаете против телекамер, за этими линзами – целый круг очень милых и приятных людей. Я могу быть милым с ними до тех пор, пока они милы со мной, и еще две минуты потом.
— ... Всего-то и пришлось два раза спасти Галактику, чтобы заказать тут столик. Видел, какая там очередь? Но вот я здесь, сижу и пью. Лучший пилот во Вселенной, ещё и рок-звезда. Мне бы сейчас коктейль с зонтиком.
— Я — первый Спектр среди людей. Организую тебе сразу два.
— Умеешь ты пользоваться полномочиями, босс.
— Я Джонатан Винтерс — известный комик.
— Какой Джонатан? Кто ты?
— Джонатан Винтерс. Не очень известный комик.
У нас регулярно появляются «Геростраты» всех сортов. И теперь их интересы не ограничиваются зданиями. Они годами насилуют и убивают женщин и детей, оставляя на их телах разные символы и знаки. Они взрывают себя в переполненных залах аэропортов и вагонах метро. Они обвешиваются камерами и транслируют в Сеть то, как совершают массовый расстрел безоружных людей… И когда мы возьмём одного, его разрушительной идеей уже может заразиться десяток таких же «Геростратов».
— Спайро, ты скоро должен будешь стать Скайлендером. Ты понимаешь, что это значит?
— Что мне нужно создать свой фан-клуб?
— Друг мой, ты совсем не улавливаешь сути. Совсем скоро ты станешь частью чего-то большего...
— Да, точно! Значит, мне нужно найти того, кто займётся мои фан-клубом. Это же гениально! И пора уже начать практиковаться ставить автографы!