— ... А меня твоя курица не вдохновляет.
— А что тебя вдохновляет?
— Люди меня вдохновляют! Человек!
— И о людях ты знаешь столько же, сколько и о курице.
— ... А меня твоя курица не вдохновляет.
— А что тебя вдохновляет?
— Люди меня вдохновляют! Человек!
— И о людях ты знаешь столько же, сколько и о курице.
— Ты знаешь, что такое культура?
— Раньше четвёртого квартала культуры не будет…
— И тебя не будет.
— Что?...
— Мобилизуйся! Перерожденец!
— В четвёртом квартале.
— Разрешите ваши права, товарищ водитель.
— Некогда… Некогда, голубчик! В другой раз – пожалуйста, с удовольствием. А сейчас – нет.
— Садись, едем. Едем!
— Вот ты Господи… У меня же полное ателье клиенток...
— Товарищ водитель…
— Голубчик, вы же мне мешаете. Вы видите, что я разговариваю с человеком! Вы подходите! В другой раз! В другой раз…
Любовь к своему делу если не единственное, то, во всяком случае, одно из важнейших условий для того, чтобы человек чувствовал себя счастливым.
Когда-то у меня было чистое лицо, с аккуратной щетиной и на голове был порядок. Во мне кишела энергия, и я хранил ее. А теперь, кажется, валяюсь на одре, неисследованной мною, болезни. И нет больше смысла спорить с самим собой. Меня преследует ощущение, будто все вокруг — нереально, но я не могу задавать этому тон.
Нам презентовали лучший проект Вселенной – природу, а мы, почему-то, решили, что в чужой монастырь можно прийти со своим уставом.
Одиночество духа гораздо страшнее одиночества тела, которое можно насытить каким-то эрзацем, тогда как душа признает только подлинник.