Счастье — просто настроение, при котором нами большую часть времени владеют приятные мысли.
Он приложил руку к преображению своей эпохи, считая себя производителем счастья, ремесленником, но работая как художник...
Счастье — просто настроение, при котором нами большую часть времени владеют приятные мысли.
Он приложил руку к преображению своей эпохи, считая себя производителем счастья, ремесленником, но работая как художник...
Будем смеяться, не дожидаясь минуты, когда почувствуем себя счастливыми, иначе мы рискуем умереть, так ни разу и не засмеявшись.
Истинное счастье — это мир в душе. Его обретаешь только после борьбы, после жестоких боев и блужданий.
Так влюбиться — до слёз в подушку, до нервной дрожи, безответно и так отчаянно... слышишь вой? Обещать не могу, но верю, чем счастье позже, тем оно откровеннее... Главное – ты со мной.
Общность взглядов необходима не только для супружеского счастья, но и для счастья других близких людей. А самое главное, ни у мужа, ни у жены не должно быть никаких особенных причин чувствовать себя несчастными — на свете и без того много горя.
— А может, он сам не захотел, чтобы его узнали?
— Не говори так! — вскрикнула Малинка, от возмущения забыв страх перед Белым Князем. — Он не может не хотеть! Чтоб человек назад к людям не хотел! Быть такого не может!
— Отчего же не может? — Князь Волков вдруг совсем по-человечески склонил голову к плечу и лукаво посмотрел на Малинку. — Трудно быть человеком — уж я-то знаю! Волком быть легче. Быстрые ноги догонят любую добычу, острые зубы разорвут ее. Когда волк сыт — он счастлив. А человеку нужно для счастья много больше.
Нельзя танцевать «зачем-то» или «для чего-то». Танец — ради танца. Не он для нас, а мы для него. Пока есть танец, того, кто танцует, нет. И это — самое главное. Единственная наша корысть состоит в том, что когда танец закончится, мы можем быть совершенно уверены, что рано или поздно начнется новый. И это такое счастье, что я каждый день готова плакать от зависти к самой себе.