Питер Менделсунд. Что мы видим, когда читаем

Если сравнивать книги с дорогами, я бы сказал, что одни предназначены для скоростной езды — детали здесь почти отсутствуют, а те, что есть, невыразительны, но динамика и повороты сюжета будоражат. Другие книги предназначены для прогулок: траектория движения не так важна, как виды, что открываются с этой дороги. Вот какие книги больше всего нравятся мне: я еду быстро, но время от времени поневоле приторможу, съеду на обочину и залюбуюсь. Такие книги нужно перечитывать. (Сначала я промчусь по ней как можно быстрее, а в другой раз буду с удовольствием прогуливаться и рассматривать всё, что пропустил.)

0.00

Другие цитаты по теме

— «Он обернулся, и в комнату вошла она. Длинные стройные ноги. Короткая юбка... А выше — полные, круглые груди — словно две дыни. Налитые, сочные, плотные...»

— Что? Словно дыни? Вечно у тебя сравнения с овощами. А дыни какого сорта? Канталупы? А может, лучше — арбузы?

— Дура, это литература! Люди любят такие сравнения. Они создают настрой.

— Глупость какая-то.

— Это чувственно, романтично!

На самом деле сценарий очень мало напоминает книгу с точки зрения основных идей. Я думаю, что сценарий очень сложно сравнивать с книгой в этом смысле. Сценарий всегда проще.

Плохая литература — как плохая баба: с ней почти ничего нельзя поделать.

Люди — открытые книги, нужно только научиться их читать.

Сведенная к идеям литература пуста и бесплодна, как горная цепь.

Здесь неподходящее место для любителей книг.

Что за дурак притащит сюда книгу?

Книги, подобно оружию, обладают силой, чтобы спасти или разрушить.

Опубликовать свою книгу — значит добровольно выйти на публику без штанов.

Есть романы, которые играют роль верного спутника. А другие – роль пощечины. Третьи – роль подруги, которая накидывает вам на плечи теплый плед, когда на вас наваливается осенняя тоска. А некоторые… Некоторые – как розовая сахарная вата: пощекочут несколько секунд ваш мозг и оставляют в нем приятное ощущение пустоты. Словно мимолетное острое любовное приключение.

Хорошая книга та, у которой под обложкой жизнь пульсирует, как кровь под кожей.