Наше страдание, проистекает от образа нашего восприятия.
Несмотря на существование мириад форм жизни, всех нас объединяет одно — ни одно живое существо не хочет страдать. Все мы — от президентов и миллиардеров до трудолюбивых муравьев, пчёл, креветок и бабочек — хотим быть счастливыми.
Преодолев веру в крайности двойственного восприятия, мы оставляем далеко позади все причины насилия и жестокости.
Если человек понимает, что его враги находятся под непосильным гнётом их собственных неведения и ненависти, что они — рабы своих привычек и стереотипов мышления, то их легче простить за досаждающие нам поведение и поступки. Точно так же нет смысла всерьёз обижаться на пациента клиники для умалишённых.
Да, в сущности, не всё ли равно, чем всё это закончится? Единственное, что было важно для него, как и для всякого живого существа, — это избавиться от невыносимых мук.
Всё можно пережить, каким бы невозможным это не казалось вначале. Со временем скорбь ослабнет. Не то чтобы она исчезла совсем, но с тем, что остаётся, уже можно жить.
Крик боли достиг небес, но звезды и полумесяц остались равнодушны к человеческим страданиям.
Ощущение, будто в груди сверлят огромную дыру, вырезают жизненно важные органы, оставляя глубокие раны, края которых потом долго пульсируют и кровоточат. Естественно, холодным рассудком я понимала: с лёгкими всё в порядке, однако хватала ртом воздух, а голова кружилась, будто отчаянные попытки ни к чему не приводили. Сердце, наверное, тоже билось нормально, но пульса я не ощущала, а руки посинели от холода. Свернувшись калачиком, я обхватила колени руками, казалось, так меня не разорвёт от боли.
Cлайд с цитатой