Снег мерцал. Фонари светились
В паутине ветвей кругом:
Юность милая, ты ли, ты ли
Заглянула сейчас в мой дом?
Тихим эхом былого смеха,
Хмелем заворожённых встреч?
Сквозь морозную темень ехать,
Как мосты сигареты жечь...
Снег мерцал. Фонари светились
В паутине ветвей кругом:
Юность милая, ты ли, ты ли
Заглянула сейчас в мой дом?
Тихим эхом былого смеха,
Хмелем заворожённых встреч?
Сквозь морозную темень ехать,
Как мосты сигареты жечь...
Нет такой вещи в мире, за которую я согласился бы заново прожить некоторые годы своей молодости.
Кто виноват, что они несчастны и не умеют жить, имея впереди по шестьдесят лет жизни?
Самая неразрывная дружба есть та, которая начинается в юности, — неразрывная и приятнейшая.
Прошло много ли мало -
снова стон из тумана:
«Разве я понимала?
Разве я понимала?»
Где-то в Тьмутаракани
в номерах у вокзала -
«Я была молодая.
Разве я понимала?»
Непонятная сила, что казалась романом, -
«Один раз я любила.
разве я понимала?»
Вы без труда можете себе представить, какого рода чтение подбирает двадцатилетний юноша для восемнадцатилетней девушки. Мысль, что я поступаю точно так же, как самый обыкновенный молодой человек, доставила мне чрезвычайное удовольствие.