Теодор Драйзер. Американская трагедия

Другие цитаты по теме

Человек подвластен чарам красоты, любви, богатства — всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, — такова чаще всего любовь в нашем мире.

Есть только один способ решить проблему любовного треугольника – изменить число углов. Если не можешь удалить третий – добавь четвертый.

На курсах продавцов говорят так покупатель всегда прав. Я бы хотел добавить: в мире семьи и любви ты всегда не прав, а другой всегда прав.

И так всегда происходит с любящими людьми. Если между ними есть любовь и вдруг отношения развиваются не так, как хотелось бы, то каждый из них берет всю вину на себя: «Со мной что-то не так». Они оба чувствуют одно и то же! И тогда отношения углубляются, сердца открываются навстречу друг другу, границы сливаются.

Под лаской плюшевого пледа

Вчерашний вызываю сон.

Что это было? Чья победа?

Кто побежден?

Все передумываю снова,

Всем перемучиваюсь вновь.

В том, для чего не знаю слова,

Была ль любовь?

Кто был охотник? Кто — добыча?

Все дьявольски наоборот!

Что понял, длительно мурлыча,

Сибирский кот?

В том поединке своеволий

Кто, в чьей руке был только мяч?

Чье сердце — Ваше ли, мое ли

Летело вскачь?

И все-таки — что ж это было?

Чего так хочется и жаль?

Так и не знаю: победила ль?

Побеждена ль?

Главное ведь — зайти в квартиру и закрыть за собой дверь. Дальше начинают говорить глаза, руки, губы — без слов, потому что, когда двое хотят одного и того же, слова без надобности.

... они были на том этапе любви, когда в любимом нравится не только то, чем он на деле обладает, но и то, каким он хочет казаться, — когда нравится принимать не только правду, но и полуправду о нем. Ведь не скрывая, что это не совсем истина, он как бы оказывает тебе высшее доверие.

Некоторое время мне удавалось избегать тебя, а потом я поняла, что без тебя — невозможно двигаться дальше.

Даже если ты кого-то любишь, это не значит, что ужиться с этим человеком просто.

... Такова власть уклада, созданного привязанностью, — мы продолжаем подчиняться ему даже тогда, когда он уже утратил всякий смысл и цену.

Если человек должен быть одинок, пусть он действительно будет одинок и не насилует своих инстинктов и чувств фальшивой близостью.