Раскайся! Ведь завтра ты умрёшь.
Старейшины говорят, что самая страшная тюрьма — та, которую мы строим себе сами. Возможно, не что иное, как одиночество. Еще говорят, что Отец наш небесный никогда не устанет нас искать. Многие не хотят или не могут услышать его зов, пока не дойдут до грани.
Часто замечают, что дипломатия — это просто война другими средствами. Наши битвы не становятся менее отчаянными оттого, что они бескровны, но, по крайней мере, мы достаем вино и сухие пайки.
А какая разница, если бы он и знал, что Дэн — его сын? Можно ли было любить мальчика сильней, чем он любил? И разве, знай он, что это его сын, он поступал бы иначе? Да! — кричало его сердце. Нет, — насмехался рассудок.
— Мы созданы, чтобы нести галактике мир и слово Императора. Хотя мы можем принести и войну, но мы не должны жаждать этого.
— Мы были созданы, чтобы сражаться.
— Да, но мы несем ответственность за выбор, против кого мы должны сражаться. Когда мы идем в бой, мы должны быть уверенны, должны знать, что поступаем правильно. Отсюда приходит наша искренняя радость победе. Мы становимся ужасающим противником, мы совершаем страшные вещи, чтобы другие узнали о безумном страхе наших врагов.
Мы не должны осуждать грешника, но скорее обязаны оплакивать его грехи и иметь сострадание к нему, потому что, покуда есть свободная воля и милосердие Божие, он всегда еще может обратиться к Богу и исправиться.
Уж если женщина пойдет на убийство, у нее хватит хладнокровия воспользоваться его плодами, не впадая в такую сентиментальность, как раскаяние.
…Чистота через ярость, гордость через ненависть, и пусть огонь внутри тебя зажжет всё вокруг!..
Cлайд с цитатой