— Мы ведь не знакомы? Я Клинт.
— А мне плевать!
— Мы ведь не знакомы? Я Клинт.
— А мне плевать!
— Вижу, на пенсии не сидится? Устал от гольфа?
— Как ни ударю — всё в лунку. У меня ж глаз-алмаз.
Наглость, свежевыбритость и билеты в кино — три кита, на которых мужчина должен подплывать к женщине.
— Он жить-то будет? А то как же команде, да без талисмана.
— Ухудшение состояния не предвидится. Наномолекулярная функциональность восстановлена, клетки ассимилируются с себе подобными.
— Она создает ткань...
— Будь мы в моей лаборатории, такая регенерация заняла бы максимум 20 минут.
— Ой, мы его теряем. Время смерти?
— Не дождешься, я буду жить вечно; я теперь весь из пластика.
Вот так бывает — чуть-чуть познакомишься с человеком и вдруг понимаешь, что мог бы с ним подружиться. Что он стал бы тебе другом, может быть, самым лучшим. Но жизнь разводит в разные стороны, и только в детских книжках друзья наперекор всему остаются друзьями.
Боженька, верни меня во времена, когда люди знакомились под сенью цветущих каштанов.
Вы всю жизнь будете встречать людей, о которых с удивлением скажете: «За что он меня невзлюбил? Я же ему ничего не сделал». Ошибаетесь! Вы нанесли ему самое тяжкое оскорбление: вы — живое отрицание его натуры.
— Что случилось с твоими руками? Дай взглянуть. Какие раны...
— Тони пытался их вылечить.
— Что с тобой сделали?!
— Знаешь... Думаю, я сам виноват. Не послушал друзей.