Я вас настиг! Какой я молодец!
Пишу и сам собой восторгаюсь: до чего ярко сочетались во мне все лучшие чувства лучших людей нашей эпохи. Тут вам и нежно-пылкая страсть, и «глас рассудка твердый». Винегрет добродетелей помимо остальных достоинств.
— Ну всё! Ступай же и приведи мне восставшего из гроба мертвеца!
— Быть может он восстал, не ваше дело! А что сейчас он жив, вы убедитесь!
— Малый ты боевой,
Мне как раз вот такой,
Расторопный такой слуга и нужен.
— О, это дело по мне,
Нынче слуги в цене,
Коль сойдемся в цене,
Так мы послужим.
Пишу и сам собой восторгаюсь: до чего ярко сочетались во мне все лучшие чувства лучших людей нашей эпохи. Тут вам и нежно-пылкая страсть, и «глас рассудка твердый». Винегрет добродетелей помимо остальных достоинств.
— Bon Appétit, друг мой. И не бойтесь перехвалить.
— Замечательная крольчатина!.. [Пуаро взглядом намекает продолжать похвалу] О! Это восхитительно! Объедение! Это самая наикрольчательнейшая крольчатина, которую я когда-либо ел!
— Пудинг.
— Простите...
— Сказал я: пудинг. Английское блюдо.
— Они ж не ангелы. Простые люди.
— Не ангельское. Блюдо англичан.
— Без Оливера все разваливается, не так ли?
— Хорошо, что я вернулся.
— Он специально ждал этой фразы?
— Нет. Он просто крут.
— Для начала хочу сказать, что Харви о тебе очень хорошо отзывается.
— Правда?
— Ну, это Харви. Так что приходится читать между строк.
— Что он говорил? Что я... не полный идиот?
— Вроде того.
Cлайд с цитатой