Впервые я поняла сердце вампира. Наверняка они чувствуют то же самое. Влюбляются, и беленькая шея кажется такой притягательной, что невозможно не укусить хотя бы разок.
Ваша людская алчность, как всегда разбушевалась. Мы же, вампиры с присущей нам надменностью, все недооценили.
Он мог примириться с тем фактом, что она вампир, но что она мальчик — примириться с этим было гораздо сложнее.
— Каково это — быть таким, как ты?
— Займет несколько твоих жизней, чтобы ответить на твой вопрос.
— Тогда сделай меня такой, как ты — и у нас будет все время мира.
— Ты не знаешь, о чем просишь.
— Знаю. И не боюсь.
— Да, не боишься. Большинство людей просит сохранить им жизнь, а ты просишь забрать твою.
— Я хочу, чтобы та дал мне ту жизнь, ради которой стоит жить.
Я сам давно перестал строить воздушные замки и жил сегодняшним днём; вечно юный и вечно древний, я представляся самому себе чем-то вроде часов, тикающих в пустоте: лицо-циферблат выкрашено в белый цвет, глаза глядят в никуда; вырезанные из слоновой кости руки-стрелки показывают время ни для кого... в лучах первородного света, который существовал ещё до начала мира, до того, как Господь отделил свет от тьмы. Тик-так, тикают самые точные в мире часы, в пустой комнате размером со вселенную.
Некоторым так легко разрушить чью-то жизнь, и по-настоящему страшно, когда такая сила достаётся тем, кто не знает ни жалости, ни сострадания.
— Я их отвлеку, а вы спасаетесь.
— Нет...
— Это слишком опасно!
— Я вампир, а не цыплёнок.
— Каждый раз, когда я тебя вижу... Я чувствую, что хочу тебя больше всего на свете. Но я... То, что я отпускаю тебя, не значит, что я отказываюсь от тебя. Я хочу лишь, чтобы ты была счастлива. И если мне суждено обменять мою любовь, на твое счастье вдали от меня... с кем то другим, так тому и быть, — сказал вампир.
— Но ведь ты причинял мне боль, — заметила я. — На это и был расчет, — ответил он. — Ничто так не цепляет человека, как душевная боль. И тех, кто нам хоть когда-то ее причинил, мы не забываем.
Проблема с вампирами в том, что от них ничего не остается после смерти. Кроме, конечно, пыли, но это едва ли можно использовать. С людьми Вы можете, повесить их тела за городскими воротами. Вы можете отрезать их головы и насадить их на пики. С вампирами Вы должны думать иначе. Вы должны найти более творческие способы сказать...
«Держитесь подальше от нашего города»
The problem with vampires is they don't leave anything behind when they die. Exсept dust, of course, but this hardly useful. With humans you can hung their bodies from city gates. You can cut off their heads and put them on pikes. With vampires you have to think laterally. You have to find more creative ways to say...
«Stay out of our city»
Cлайд с цитатой