Порой пировать так же тяжело, как воевать.
Блестяще! Взял и дедушку обезглавил.
Порой пировать так же тяжело, как воевать.
— Это твои слова или твоей возлюбленной?
— А разве в твоих речах не слышен мамин голос?
— Твой брат ведь не придет, нет?
— Локи умер.
— О, отлично!.. То есть, я соболезную.
— Я не узнаю своего брата! Тайно, скрытно… Может, лучше по старинке пойти напролом?
— Не замолкнешь — что-нибудь проломлю!
Не знаю, как можно остаться прежним, после всего, что видел. Иногда я просыпаюсь и думаю: «Возможно все. Ты уже не в окопах. У тебя нет винтовки. Ты снова можешь распоряжаться своим временем». Но внутри какая-то тяжесть. Я не верю, что мир стал лучше. Зачем же мы тогда воевали? Есть ли другая причина для того, чтобы вести себя как дикие звери? Я не знаю ответа.
Возьмем свой старый добрый рог и песню запоем,
Чтобы весь мир услышать мог, как в битву мы идем.