Когда на сердце тяжесть
И холодно в груди,
К ступеням Эрмитажа
Ты в сумерки приди,
Где без питья и хлеба,
Забытые в веках,
Атланты держат небо
На каменных руках.
Когда на сердце тяжесть
И холодно в груди,
К ступеням Эрмитажа
Ты в сумерки приди,
Где без питья и хлеба,
Забытые в веках,
Атланты держат небо
На каменных руках.
В этом возрасте только одно и возможно,
если честно: описывать собственный опыт.
Абсолютного нет. Субъективное ложно,
субъективное — жалобы, вздохи и шепот.
Язык поэзии — это не только возможность говорить с людьми по душам, это еще прибежище, где мы скрываемся от опасностей, которые порой даже назвать боимся.
... Хотя на практике Империя всегда залита кровью, — ее идея неизменно обращена к миру, вечному и всеобщему миру за пределами истории.
Уж так паскудно устроен мир. Куда бы вы ни посмотрели, всегда найдется кто-нибудь, кто готов вцепиться вам в глотку.
И мы с тобой уедем к морю,
На той неделе в декабре,
Когда метелью нас накроет
И станет гулко в голове.
Когда слова забудутся в огне,
Что полыхал на дне стакана,
Когда мы взвоем от проблем,
И яда сладкого когда-то.
Мы забежим слегка вперед,
Раскрыв все окна до упора,
И станем прыгать мы в сугроб,
Оставленный заместо гроба.
И будем громко так кричать,
И будем мы смотреть на солнце,
И будем долго так лежать,
И представлять, что не вернемся.
И мы уехали бы к морю,
И убежали б от проблем,
Но только выбраться с тобою
Нам не дано из этих тел.
Преследованье слаще обладанья.
Как станешь думать — оторопь берёт
Насколько цвет прекраснее чем плод
И гусеницы бабочка желанней.
Я — человек, уставший от желаний
И реку жизни перешедший вброд.
Как станешь думать — оторопь берет.
Желания мертвы без ожиданий.
За разноцветной бабочкой летя,
Ищи себе другие горизонты.
Поэзия! Ты — ветер! Ты — огонь! Ты -
Божественная сущность бытия!
Позволь же мне в любую непогоду,
Пока я жив — преследовать тебя.
Мир – жестокая штука, но унывать не стоит, наоборот, надо держать голову высоко. Мечтай, но не спи.
Интерес людей к «сверхъестественному» объясняется их странной слепотой. Они не видят наиболее таинственного, а именно — самого нашего мира.
В мире нет ничего абсолютного, кроме существования и несуществования. Все остальное поддается вычислению и является относительным.