Ни одна драма не выдерживает конкуренции с поданной вовремя пищей.
Настроение не зависит от обстоятельств. Хорошему настроению, как и плохому, не нужны причины. Ты сам выбираешь, чего тебе сейчас хочется больше: грустить или веселиться.
Ни одна драма не выдерживает конкуренции с поданной вовремя пищей.
Настроение не зависит от обстоятельств. Хорошему настроению, как и плохому, не нужны причины. Ты сам выбираешь, чего тебе сейчас хочется больше: грустить или веселиться.
Она во всем готова была усмотреть тяжелую драму. Жизнь принимала остро и трудно. Я же считаю, что принимать так жизнь неумно, точно дразнить опасного зверя, который в конечном счете все равно переломает тебе кости.
Мир устроен справедливо, если смотреть на него глобально и учитывать всю его прошлую и будущую историю, и крайне несправедливо, если выхватывать небольшие его фрагменты.
Людям в определенном возрасте свойственен излишний драматизм — это романтично, грациозно. Но это затягивает — драматизм может перерасти в изнуряющее нытье.
Иногда мерещатся в человеке невидимые глубины, воды его океана переливаются жидкой радугой. Хочется нырнуть в эту манящую бездну, утонуть, захлебнуться от восторга. Но реальность преподносит сюрпризы. И оказывается, что нет и не было там никакой глубины. И загадочное мерцание – всего лишь разводы бензина на поверхности мелкой лужи.
Что сложного в честности? Почему для большинства людей не врать – задача непосильная? Такое впечатление, что весь этот огромный, невероятный мир держится на одной лжи. Тронь его, копни поглубже – и он рухнет, как лишенный фундамента соломенный домик.
— А может, этим и должно всё заканчиваться. Может быть, какой бы ни была любовь, остается только это — бутылка виски, письма в огне, слёзы и одиночество...
— Но если всё сводится к этому, выходит, оно того не стоит?!
— Нет, нет. В том-то все и дело. Оно того стоит всегда!
Они вообще во многом были похожи – удивительно, как до сих пор не сошлись. Ответ был на это простой: для любви и страсти нужны различия и конфликты. Любить самого себя, только в другом облике, – скучно и неинтересно.