Даже самая привлекательная реальность может быть отброшена ради самой маловероятной и непрочной иллюзии.
Дети, по существу, являются пленниками своих родителей, и те по своему желанию могут превратить их во что захотят.
Даже самая привлекательная реальность может быть отброшена ради самой маловероятной и непрочной иллюзии.
Дети, по существу, являются пленниками своих родителей, и те по своему желанию могут превратить их во что захотят.
Иногда реальность так тесно переплетена у нас с мечтами, что становится непонятно, где что. Но ведь и в жизни так. Самая смелая мечта может воплотиться в действительность, а то, что кажется нам известным, — всего лишь иллюзии...
Горе тому, кто отдает свое сердце иллюзии — этой единственной реальности на земле, но горе и тому, кто этого не делает. Одного ждут разочарование и боль, другого — запоздалые сожаления.
Одно из самых важных разрешений — это лицензия перестать делать глупости и начать думать. У многих пациентов зрелого возраста с самого детства не было ни одной независимой мысли, они совершенно забыли, как думать самостоятельно и что это такое. Но если вовремя дать разрешение, они могут преодолеть этот барьер. И очень радуются, когда в 65 — или 70-летнем возрасте впервые за всю взрослую жизнь высказывают какое-то самостоятельное разумное соображение.
Реальность — грёза безумного философа. То, что остаётся в пробирной чашке, когда иллюзию подвергают количественному анализу. Зародыш пустоты.
Слабое место у тебя одно — излишняя подозрительность. Видишь угрозу там, где её никогда и не было. Между прочим, это очень опасно: придуманные вещи могут возникнуть в Реальности, и оказаться ужаснее, чем виделись.
У каждого человека внутри заключен маленький мальчик или маленькая девочка, которые чувствуют, думают, действуют, говорят и отвечают точно так, как он или она поступали, будучи ребенком определенного возраста.
Если все — иллюзии, то что же реально? И если эта жизнь — иллюзия, то зачем тогда мы ее проживаем?
Если внушить одну и ту же иллюзию нескольким людям — так, чтобы они разделяли ее полностью, — для них она станет реальностью уже не субъективной, а объективной. Общей для всех. Это будет реальность, где они окажутся вместе. Они вступят в общение и начнут обсуждать свою коллективную галлюцинацию, укрепляя её каждой связанной с ней мыслью и сказанным про нее словом. Чем сильнее они будут убеждены в ее подлинности, тем прочнее и непоколебимее сделается их новый мир.