... я не вернусь, поскольку не ушла.
Да, он склонял меня, но так нерегулярно...
... я не вернусь, поскольку не ушла.
И всё-таки я верю, что по-настоящему что-то значу для тебя. На тех, кого не принимают в расчёт так не сердятся.
Ты знаешь, одна из главных причин, почему я живу в 110 милях от цивилизации, — это то, что у меня что-то вроде аллергии на человеческие драмы.
Милая Оля…
Вот уже не первый день я сочиняю тебе письмо, которое никогда не напишу…почему не напишу? у тебя наверно тоже не без облачная жизнь и нечего мне быть в ней 3,4,5,10 лишним…один мой товарищ который рано умер и знал что умрет говорил: жизнь-это сужение. В начале это очень широкая воронка, которая захватывает всё что не попадя… потом она становится все уже и остается только самое нужное, потом самое важное, а потом единственное. Вот к этому единственному я и пришел…но не пугайся помирать не собираюсь…. наоборот …я может только и начинаю жить, на другом витке жизни, где все измерения крупнее и где постигаешь смысл в вещах которым раньше смысла не предавал. Вот такая это тихая и упоительная радость разговаривать с тобой в мыслях. Ты спрашивала с привидениями ли дом? Да. только не с привидениями, а с привидением… одним… дом оказался не волшебным замком и требует приложения рук…прилагаю, как умею, но насколько я умею ты приблизительно представляешь …ничего, учусь.
Мы с тобой, как на открытке:
На лице у нас улыбки,
Только фотки все смешались
Мы с тобою разбежались!
Человеческие отношения вообще странны. Я имею в виду, вот некоторое время ты — с одним человеком, ешь с ним, и спишь, и живешь, любишь его, разговариваешь, ходишь везде, а затем это прекращается. Наступает короткий период, когда ты ни с кем, потом приезжает другая женщина, и ты ешь теперь с ней, и ***ать ее, и все это вроде бы нормально, словно только ее и ждал, а она ждала тебя.
Женщины гордо величают мужчин «сильными мира сего», даже, несмотря на побеги из ЗАГСА и кресла стоматолога, нервный тик перед потерей свободы и необузданный страх во время рождения первенца.
На человека, который ринулся защищать тебя в опасной ситуации, невольно начинаешь смотреть немного иначе, чем на тех, кто безучастно остался стоять в стороне.