Большая кружка с горячим успокоительным – отличный вариант для душевнобольного натурщика.
Очень раздражает, когда собираешься вставать, но сила притяжения головы к подушке оказывает как минимум раз так в девять сильнее, чем наоборот.
Большая кружка с горячим успокоительным – отличный вариант для душевнобольного натурщика.
Очень раздражает, когда собираешься вставать, но сила притяжения головы к подушке оказывает как минимум раз так в девять сильнее, чем наоборот.
Воспоминания умеют причинять боль. Боль, разъедающую, словно трупные черви плоть. Боль, которая проникает внутрь пронизанного страхом сердца, и выворачивает его наизнанку. Страх, который сжимал это самое сердце, и заставлял чувствовать пик нервозного адреналина с примесью безысходной атараксией собственного ничтожества. Наркотические галлюцинации, которые знакомые лишь тем, кто чувствовала всем своим нутром неподдельное опьянение: алкоголем, никотином, наркотой, страстью. Мираж, словно пелена обволакивающий все инстинкты самосохранения, когда чувствуешь сильные руки на талии. Слова, которыми упиваешься до такой степени, что начинаешь чувствовать первые позывы тошноты. Ложь, в которую веришь, как в последний раз позволяя гладить себя между ног, а после ноешь, скребешь когтями по телу от ломки по телу тому, кто трахал тебя словно самую грязную из всех существующих **ядей.
Эта женщина была полной противоположностью его жены, но тем сильнее было влечение к этой женщине, сошедшей со старых кинопленок фильмов нуара.
В тот вечер бутылочка больше на нас не показала, но вкус ее губ я запомнила надолго.
— А что, собственно говоря, такого особенного в твоем культе «Гнев отца»? Такое чувство, что ты, мой друг, женоненавистник.
— Женоненавистник с двумя дочерьми? — улыбнулся мужчина.
Они хотят познать запретную любовь. При всей своей простоте – она гремучая змея. Этакая самка богомола, которая получит от тебя все, что только желает, а в благодарность гуманно откусит голову. Это так, чтобы не мучился.
— Не понимаю, почему ты это так помнишь? Разве тебя воспоминания не мучают?
— Видимо, ты хотел спросить кое-что другое. Нет, от воспоминаний ничего у меня не зудит, чего наверное не скажешь по твоим штанам.
Когда она была беременна в первый раз, то мысли путались, и чувство страха за малыша было очень сильное, но, несмотря на волнения и тревогу родился здоровый мальчик и она со слезами на глазах вспоминает, как ее любимый мужчина, зимой подорвался в три часа ночи на ее роды. Она помнит, как он держал ее за руку и принимал часть боли на себя. Это было наивысшее проявление его любви к ней.