Воскресный вечер с Владимиром Соловьёвым

Демократия не ставит вопросы: «хорошо» или «плохо». Демократия — это, в первую очередь, процедуры и их соблюдение.

Народность — это сохранение народа. Народность — это... Что такое народность? Это та основа, та корневая система, которая живёт по тем правилам, которые возбуждают человека рождать детей, продолжать свой род. А ты посмотри, какая потрясающая вещь, какое наблюдение... Ты знаешь, что у огромного количества руководителей европейских стран нет детей? Ни у Меркель, ни у Макрона... У них нет детей. И когда мы имеем дело с людьми, которые не знают, что такое ребёнок, которые никогда не просыпались ночью и не смотрели — горячий он или нет... Когда у них отсутствует ощущение необходимости создания будущего жизни ради своего ребёнка, как они могут думать о чужих детях и о чужих людях?

Очевидно, что мы не можем жить вообще без веры. Общество с абсолютным безверием, вынутой ампутированной душой мы не принимаем. Но радикализм религиозных фанатиков мы тоже не принимаем. Поэтому Россия могла бы явить модель органичного сочетания традиции и современности. Но для этого нужно думать головой. И сегодня те люди, которые реализуют социально-экономическую политику государства, они являются тормозом для выявления этой органичной модели. Потому что из одной крайности — супер плановой экономики они бросились в другую крайность — абсолютно рыночной экономики.

Демократия — это предсказуемость процедуры при непредсказуемости результата.

— Технологический прогресс не означает прогресса в социальных отношениях, не означает прогресса в нравственности. Нет ни одного доказательства этому. Они освоят производство людей. Вот зачем учёные вот так хотят клонировать людей? Ну людей — пруд пруди на этой планете! Ну бабы рожают, так сказать, немереное количество.

— [Женщины!!! (реплика писателя Владимира Сергиенко)]

— Человеки! Вот для меня, как для человека верующего, я вот рациональной мотивации не понимаю, а иррациональную очень даже понимаю. Они хотят бросить вызов ЕМУ! «Ты создал человека!? Это мы его создали! Сейчас мы тебе покажем, каким он будет! Ты говоришь, что душа бессмертна? Нет! А мы достигнем бессмертия здесь, на Земле!»

Американцы знают историю еще хуже, чем географию. А понимают в ней еще меньше. История и Соединенные Штаты — это две вещи, которые никогда и нигде не встречаются.

Европа — часть мира. Мы видим изменения границ постоянно. Вы поймете, что мир, к сожалению, лжив. И что цена человеческой жизни, увы, отнюдь не одинакова. А поэтому рассчитывать в этом мире приходится только на себя.

Любое социальное явление должно иметь какие-то меры измерения. В чем измеряется справедливость? В килограммах? Литрах? Километрах? Только закон обеспечивает сегодня жизнеспособность государств и взаимоотношения между людьми. Как только закон начинается как дышло, здесь равноправие заканчивается. Соответственно мы должны понимать о собственных суверенных интересах государства. Что касается конституции. Наверное, на сегодняшний день нужно понимать, что конституция, которая была в предыдущие 70 лет, корректировалась исходя из политических условий существования государства. И сегодня крайне необходимо пересмотреть ряд положений нашей конституции в пользу защиты интересов наших народов, нашего народа Российской Федерации.

Мы забываем, что в центре находится Господь, и человек — его творение. А мы почему-то считаем абсолютно святыми и неизменными некие временные формы организации человеческого общества. И мы начинаем придавать сакральность по сути не сакральным вещам. Вот как сейчас мы носимся с понятием демократия, которое, если посмотреть на всю глубину существования человеческого общества, позолота. Т. е. ничто. Но мы, играя в слова, пытаемся все время придумать себе вслед за Фукуямой некий конец истории. Что выглядит очень наивно, учитывая, что были ребята поумнее, которые писали о конце Европы, о закате Европы.