смерть

Разве могут кого-то бояться такие, как мы, отмеченные самой богиней смерти?

Моя собственная смерть сделала меня беспечной.

— Зачем так стремиться к смерти?

— Стремиться к смерти? Ты неправильно понимаешь — мы уже живые мертвецы, Рок. Датч, Балалайка, Чанг и другие. Каждый из тех, кто ходит по земле Роанапура. Хотя мы и отличаемся от настоящих мертвецов.

— Отличаемся?

— Да, отличаемся. Жив, мёртв — дело не в этом. Если ты цепляешься за жизнь, то страх застилает тебе глаза. Если у тебя нет страха смерти, можешь драться хоть до Второго Пришествия.

— Она хочет стать ещё сильнее. Она же умрёт.

— Ну, помолимся за неё по дороге из этого города.

Что ж, смерть от меча, смерть от переломов, смерть от дробления костей, какая разница, смерть есть смерть.

Мы пытаемся сделать что-то правильно, но все портим, умираем, мы, вашу мать, умираем и виним кого-то за это, а затем все повторяется.

— Мы проиграли!

— Нет, всё не так. Люди так не падают. Так только в кино и по телевизору. На самом деле ты... внезапно теряешь силу, понятно? Как будто всё исчезает ниже коленей, ноги подкашиваются и ты падаешь головой вниз. Сейчас покажу. Вот ты.

— Умри!

(Мальчик стреляет из игрушечного пистолета, Реви падает)

— Это совсем не круто выглядит.

— А смерть всегда такая. Это не круто.

Мертвые люди живут лишь за счет тех, в чьих сердцах они остаются.

Потеряем его – будем пользоваться подземкой. А это хуже смерти.