пустота

... В современном мире нам всегда есть, с кем обменяться парой слов... Однако такое общение не спасает. Некоторые носят свой личный необитаемый остров с собой. Они ходят на работу, ругаются с бухгалтерией, сплетничают за обедом, берут книжки в библиотеке, флиртуют с девушкой из очереди... Но их необитаемый остров от этого не становится более заселенным. Пещера Робинзона пуста, и шаги его отдаются гулко, он никому не нужен в этом мире, бедный щетинистый Робинзон. Умри он сейчас – сотрудники в офисе покачают головами и забудут уже к следующей пятнице, когда поделят между собой канцтовары с рабочего места, а остальные – даже и не узнают...

Не будет даже пустоты, поскольку я никакого места в Вашей жизни не занимаю. Что касается «душевной пустоты», то чём больше душа пуста, тем лучше она наполняется. Лишь физическая пустота идёт в счёт. Пустота вот этого стула. В Вашей жизни не будет стула, пустующего мною...

Ten times removed,

I forget about, where it all began.

Bastard son of, a bastard son of,

A wild eyed child of the sun.

And right as rain, i'm not the same.

But i feel the same, i feel nothing.

У окна кто-то сидит. Очень старый человек. Пергаментная кожа, ровные пряди редких седых волос, пустой невидящий взор, чёрный галстук и чёрный костюм, застылая поза как у мумий из сицилийских пещер. Пустая оболочка. Высохшая и бессмысленная. Толкни его — и он рассыплется.

А после

Стоял у безжизненного причала,

Боясь спугнуть тишину,

Пока море, смотря мне в глазницы,

О чем-то громко молчало,

А ветер рассказывал сказки о лужах с бесконечным дном.

Мои песчаные замки были разрушены.

Потеряв тебя, я потерял свой единственный дом.

Природа не терпит пустоты: там, где люди не знают правды, они заполняют пробелы домыслом.

Проталкиваюсь внутрь! Всему вагону придётся выдохнуть, чтобы мне нашлось местечко. Пассажиры молчат и терпят. Мир не без добрых людей.

И так, без воздуха, мы отправляемся в пустоту.

Существуют миллионы аккордов. Существуют миллионы чисел. Но все забывают о нуле. Но без нуля числа — не более чем арифметика. Без пустого аккорда музыка — не более чем шум.

Пустота там, где за неимением лучшего..., когда замалчивают. Полноценность там, где ничего не замалчивают, предлагая знания через сравнение и сомнение.