Я грешен тем, что чуда не хотел
И уходил в поэзию от чуда.
Но только чудом я дышал и пел
И чудо все стекалось отовсюду.
Сбегало чудо в мир со всех концов,
Со всех страниц, со всех тысячелетий.
Мне открывалось чистое лицо
Любви. И чудо завершалось этим.
Ах, иначе в былые года
Колдовала земля с небесами,
Дива дивные зрелись тогда,
Чуда чудные деялись сами...
Знаешь, чего я хочу, всегда хочу? Потемнения, посветления, преображения. Крайнего мыса чужой души и своей. Слов, которых никогда не услышишь, не скажешь. Небывающего. Чудовищного. ЧУДА.
Кот снял с подзеркального стола очки в толстой роговой оправе, надел их на морду, от чего сделался еще внушительнее, и вынул из прыгающей руки Поплавского паспорт.
«Вот интересно: упаду я в обморок или нет?» — подумал Поплавский.
Я говорил и повторяю снова и снова: мы можем приблизиться к чуду только с помощью чисел. Ужасную бесконечность, отделяющую нас от потустороннего мира, преодолели лишь Спаситель и геометрическая кривая; жутковатая мысль, но что если они — одно?..
Одни и те же чудеса можно повторять снова и снова, главное, чтоб про них уже успели забыть.
Вся наша жизнь
Полна противоречий,
Их непременно каждый
Разрешает сам.
Один на дне морском
Ждёт с чудом встречи,
Другой спешит в объятья
Солнца к небесам.
Cлайд с цитатой