— Да что вы пристали? Нам в школе говорили и по телевизору, что мирные жители Афганистана и Пакистана любят Америку!
— И вы поверили? Не только Талибан ненавидит Америку. Треть мира ненавидят Америку!
— Но за что? За что нас ненавидят?
— Потому что вы и не подозреваете, что треть мира вас ненавидят!
Четвертое июля. Статистика показывает, что в этот день Америка теряет больше дураков, чем во все остальные 364 дня вместе взятые. Однако количество дураков, остающихся в запасе, убеждает нас, что одного Четвертого июля в году теперь уже недостаточно: страна-то ведь выросла!
В Америке сумели сделать так, что курение оказывалось немодным, чем-то скорее не совсем приличным, как ковыряние в носу. Сумели сделать из некурящего человека пример для подражения — и именно в Америке это сработало как нигде в мире.
Стадное чувство гораздо более свойственно американцу, чем англичанину, французу, итальянцу или русскому, и это, возможно, одна из причин, почему так легко управлять этим народом.
— Да, еще жена Дейла подала на нас в суд.
— Правда? Почему?
— Она зла, горюет, и мы в Америке!
Я верну Америку к тем славным временам, когда по улицам ходили гигантские двуногие ящеры.
— Болеть в Америке противней всего, потому что тебя отстраняют от парада. Больные американцам не нужны. Взгляни на Рейгана: он такой здоровый, он просто не человек, ему, без малого, сто лет, он получает пулю в грудь, а через два дня он уже где-то на западе, катается на пони в пижаме.
У мистера Адамса было легкое отношение к деньгам — немного юмора и совсем уже мало уважения. В этом смысле он совсем не был похож на американца.
Настоящий американец готов отнестись юмористически ко всему на свете, но только не к деньгам.
Никто не спасает Америку нюханьем кокаина, болтая босыми ногами под дождем. Если в твоем носу снег, твой мозг непременно подхватит простуду.
Американская внешняя политика ужасна, потому что американцы не только вторгаются в твою страну и убивают твоих граждан, но что хуже, они возвращаются через 20 лет и снимают фильм о том, как из-за убийства твоих граждан их солдатам взгрустнулось. Американцы, снимающие фильмы о том, как Вьетнам повлиял на их солдат – это всё равно что серийный убийца, рассказывающий, как резкая остановка перед попутчиками повлияла на сцепление его машины.
– У нас в маленьких городках, – говорил он, – люди уходят из дому, не запирая дверей. Сэры, вам может показаться, что вы попали в страну поголовно честных людей. А на самом деле мы такие же воры, как все, – как французы, или греки, или итальянцы. Все дело в том, что мы начинаем воровать с более высокого уровня. Мы гораздо богаче, чем Европа, и у нас редко кто украдет пиджак, башмаки или хлеб. Я не говорю о голодных людях, сэры. Голодный может взять. Это бывает. Я говорю о ворах. Им нет расчета возиться с ношеными пиджаками. Сложно. То же самое и с автомобилем. Но бумажку в сто долларов не кладите где попало. Я должен вас огорчить, сэры. Ее немедленно украдут. Запишите это в свои книжечки! Начиная от ста долларов, нет, даже от пятидесяти долларов, американцы так же любят воровать, как все остальное человечество. Зато они доходят до таких сумм, которые небогатой Европе даже не снились.
Cлайд с цитатой