Владимир Познер

Я противник религии потому, что она заставляет нас отказаться от главного нашего человеческого качества, а именно — от любопытства, способности сомневаться и задавать вопросы. Религия требует одного: веры.

Сначала они пришли за коммунистами, и я промолчал, потому что я не коммунист.

Потом они пришли за социал-демократами, и я промолчал, потому что я не социал-демократ.

Потом они пришли за профсоюзами, и я промолчал, потому что не член профсоюза.

Потом они пришли за евреями, и я не протестовал, потому что я не еврей.

И когда они пришли за мной, больше некому было протестовать.

— Что для вас значит быть американцем?

— «Значит, быть тем, кем хочешь, делать то, что хочешь, быть свободным, если только ты этим не ограничиваешь свободу другого.»

Сомневаюсь, чтобы такое сказал бы таксист любой другой страны. И не только таксист.

Знайте, Генрих, можно провалить любой экзамен — и это не страшно, его легко пересдать. Можно провалить любой экзамен, кроме одного: экзамена зеркала. Каждое утро вы встаёте и, глядя в зеркало, бреетесь. Так вот, не дай бог, чтобы когда-нибудь вам захотелось плюнуть в своё отражение.

Живется им явно нелегко, но они не жалуются — и это тоже очень американская черта.

Американцы обожают отдыхать, развлекаться, это у них называется to have fun,to play, и делают это они с энтузиазмом, изо всех сил. Но они с таким же энтузиазмом и тоже изо всех сил работают, я бы даже сказал, вкалывают. Нигде так не работают, как в Америке и, пожалуй, нигде так не «отдыхают» — ставлю кавычки, потому что отдых все же предполагает покой, чего американский «отдых» вовсе не предусматривает.

Мои приоритеты, то, чем я стараюсь руководствоваться в работе, можно выразить так: однажды твоя жизнь будет оценена не потому, сколько денег ты заработал и сколько у тебя машин, а по тому, как ты повлиял на чью-то жизнь.

Предрассудки не имеют ничего общего с логикой, но имеют прямое отношение к незнанию.

Да, пугливые эти американцы, не то что мы, у которых «градус пугливости» много выше.

В Америке сумели сделать так, что курение оказывалось немодным, чем-то скорее не совсем приличным, как ковыряние в носу. Сумели сделать из некурящего человека пример для подражения — и именно в Америке это сработало как нигде в мире.

Стадное чувство гораздо более свойственно американцу, чем англичанину, французу, итальянцу или русскому, и это, возможно, одна из причин, почему так легко управлять этим народом.