— Я всегда хотел знать, — горько проговорил Ипслор. — Что в этом мире есть такого, из-за чего стоит жить?
Смерть обдумал его вопрос и наконец ответил:
— Кошки. Кошки — это хорошо.
— Я всегда хотел знать, — горько проговорил Ипслор. — Что в этом мире есть такого, из-за чего стоит жить?
Смерть обдумал его вопрос и наконец ответил:
— Кошки. Кошки — это хорошо.
— Наверное, это очень трудно — пережить любимого и остаться без врагов...
— Жизнь вообще невероятно трудная штука, особенно первые сто лет!
Я живу по законам Периша: ищу капельку восторга, немного безумия, всё то, без чего жить нельзя.
Еще неделю назад вы думали — я скелет в саване и с косой. Вы представляли себе чучело, огородное пугало... Все так думают. Но, мой бедный мальчик, если бы я была такова, какою люди желают меня видеть, они бы меня видели. А я должна приходить к ним незамеченной.
— Храбрость — она ведь сродни сумасшествию...
— А сумасшествие — обратная сторона гениальности!
Почему-то умирающие всегда задают вопросы, на которые знают ответ. Может, затем, чтобы умереть правыми.
— На твоём месте я бы уже сбежал.
— На моём месте ты был бы посимпатичнее самого себя.
Это был год, стоивший целой эпохи, как 79-й или 1346-й — да и многие другие. Что там коса, черт побери, там была нужна метла или швабра. А мне — отпуск.