Штирлиц

— Хотите, сыграем в шахматы?

— Габи, как шахматный партнёр вы меня не интересуете.

Нас всех губит отсутствие дерзости в перспективном видении проблем.

— ... разве вы не являетесь патриотом Германии?

— Являюсь. Но что понимать под «патриотом Германии»?

— Верность нашей идеологии.

— Идеология — это еще не страна.

Что случилось за те двое суток, что меня не было? Перевернулся мир? На землю сошёл бог? Кальтенбруннер женился на еврейке?

— Этот старый доктор сказал мне, что во время родов он может определить национальность любой женщины... [Пауза]... Понимаешь, женщины-то кричат во время родов...

— Я думала, что они поют песни.

— Понимаешь, малыш, они ведь кричат на родном языке, на диалекте той местности, где родились. Значит, ты будешь кричать «Мамочка» по-рязански.

Странное свойство моей физиономии: всем кажется, что меня только что где-то видели.

... чем честнее я Вам отвечу, тем большим лжецом могу Вам показаться.

— Ничего, стану кричать по-немецки.

— Ну, что ж. Можешь добавлять немного русской брани. Только обязательно с берлинским акцентом.

Трудно стало работать. Развелось много идиотов, говорящих правильные слова.