Коммод

— Однажды один мудрый человек сказал мне, что смерть улыбается всем нам и нужно лишь улыбнуться ей в ответ.

— И что? Он улыбнулся своей смерти в лицо?

— Тебе видней, это сказал твой отец...

— Война отца против варваров, как он признал, ни к чему не привела. Но люди его любили.

— Люди любят победы.

— Почему? Они не видят сражений. И что им Германия?

— Им важно величие Рима.

— Ты боишься темноты, братец.

— Боюсь. Как и все.

— Вы когда-нибудь обнимали больного чумой, повелитель?

— Нет. Но если еще раз меня прервешь, больного чумой обнимешь ты.

— Однажды ты написал мне... о четырех главных добродетелях. Мудрость, справедливость, стойкость и умеренность.

Я читал и понимал, что у меня нет ни одной из них. Но у меня есть другие добродетели, отец. Честолюбие. Которое есть добродетель, если побуждает нас становиться первыми. Находчивость. Храбрость. Возможно, не на поле боя, но... есть много форм храбрости. Преданность... моей семье... и тебе. Но моих добродетелей не было в твоем списке. Казалось, ты не хочешь, чтобы я был твоим сыном. Я искал помощи богов... желая сделать тебе приятное, чтобы ты мог гордиться мной. Одно доброе слово, одно теплое объятие... когда ты крепко прижал бы меня к своей груди, и в моей душе взошло бы солнце. Все, чего я желал... это быть достойным тебя, Цезарь.

— Твоя вина как сына... это мое поражение как отца. Иди ко мне.

— Отец. Я бы истребил весь мир... ради твоей любви!

Максимус, Максимус, Максимус... Они зовут тебя — генерала, ставшего рабом, раба, ставшего гладиатором, гладиатора, который ослушался императора. Удивительная история. Увенчать её может только смерть.

— Ещё отец говорил, что жизнь — это страшный сон... как думаешь?

— Я не знаю...

— А я так думаю.