Джордж

Ваше неумение грести я воспринимаю с благодарностью, более того, я считаю это дружеской услугой: вода, которую вы на меня льете, освежает и создает ощущение полного счастья.

— Она стала петь более проникновенно, душевно.

— Да, это одиночество.

— Простите, месье, мы с вами переспали?

— Нет.

— Тогда будьте любезны, не тыкайте мне. Я, по-вашему, кто, мальчик на дискотеке?

— Я возьму чашечку кофе.

— У тебя есть любимый момент на свадьбах?

— Да, есть, когда музыка начинает играть, и появляется невеста, и все оборачиваются на неё, я смотрю на жениха, по его лицу видно всё — оно полно любви.

— Вы не считаете себя хорошим человеком?

— А что вы ответите, если я задам вам тот же вопрос?

— Непримечательность — это как раз то, к чему я стремлюсь.

— В моих фантазиях ты закатана в цемент по самую шею. Нет, по самый нос — так гораздо тише.

Когда едешь на велосипеде, дорога всегда почему-то идет в гору, — заметил он. — И ветер дует в лицо.

— Я ничего не понимаю... То они делают вид, что они нас не замечают, а теперь поют: догоните нас... Как мы их догоним?! На чем?! Они просто издеваются над нами!

— Может, это форма женского кокетства?

— Это не кокетство, это истинная женская сущность: им наплевать на двух безупречных... на трех безупречных духовно богатых молодых людей! А этому кретину они отдали предпочтение, потому что он взялся прокатить их на моторном катере! С ветерком!

— Ты кто?

— Ваш новый слуга, сир. Я отполировал доспехи, наточил меч, постирал одежду, сегодня прохладно, а теперь, если позволите, я подам завтрак.

— Как твое имя?

— Джордж, сир. К вашим услугам.

— Джордж, послушай, все это очень впечатляет, очень, но у меня уже есть слуга. Да, он немного неряшлив и манеры у него ужасные, а большую часть времени он проводит в таверне, но он мой слуга, и если честно — я этим доволен.

Смотрите и учитесь! Пока я жив! Раз, два — и ирландское рагу готово!