Думаю, радуги остаются во льду, когда вода замерзает.
— Я часто видел радуги в снегу, — сказал он громко, чтобы лис услышал. — И на стене дома, когда солнце било сквозь сосульки с крыши. И подумал: лед — всего лишь вода, значит, в нем тоже должны быть радуги. Когда вода замерзает, радуги оказываются во льду, как в ловушке. А солнечные лучи их освобождают.
Истории — тоже хрупкие вещи, как люди и бабочки, как птичьи яйца, сердца и сны, они складываются из трех десятков тщедушных букв и горстки знаков препинания. Или сплетаются из слов — из звуков и идей, абстрактных, незримых, что исчезают, едва прозвучав, — что может быть хрупче? Но есть истории — короткые незамысловатые рассказы о том, как кто-то отправился на поиски приключений или творил чудеса, о волшебстве и чудовищах, — которые пережили всех рассказчиков, а некоторые пережили и земли, где родились.
... тот [профессор] не умел разговаривать, умел только излагать, толковать, объяснять.
... «минутка» в данном случае употреблялось как синоним к «чудовищно мучительная вечность».
Чем больше ты делаешь, чем больше говоришь и слышишь, тем больше проблем себе создаёшь.
Люди не могут достичь истинной святости, если им не будет предоставлена возможность решительно обратиться к пороку.
Он сидел и дивился, почему же ему потребовалось так много времени, чтобы осознать свою любовь к ней; Тристран спросил мнения самой звезды – и она обозвала его идиотом, а он заявил, что это самое прекрасное слово, какого когда либо удостаивался мужчина из уст дамы.
Я, верно проснулся ночью. Почуял что-то.
Тянусь – и на старом счете пишу кое-как
Свое Откровение, новое Осознанье, –
А утром оно сползет до обычной прозы,
А магия ночью творится...
Cлайд с цитатой