Нил Гейман

Иногда ему казалось, он живет не в том мире, что все остальные.

Правду он считал по сути податливой и ранимой, скорее делом мнения, чем фактом.

Вы заметны всем и каждому. Более того, проглядеть вас весьма проблематично. Да если б вы явились сюда в компании фиолетового льва, зеленого слона и малинового единорога, на котором восседал бы король Англии в церемониальном одеянии, я нисколько не сомневаюсь, что люди замечали бы вас и только вас, а от всего остального отмахнулись бы как от мелочей, не заслуживающих внимания!

– Хочешь знать, каково это, быть мертвым? – прошептал он. – Холодно, друг мой. Темно и холодно.

... настоящая смелость проявляется только тогда, когда тебе страшно, но ты продолжаешь действовать.

Все, что он мог потерять, он уже потерял. Худшего с ним произойти уже не могло. Он, наконец, ощутил себя свободным.

Память – великая обманщица. Возможно, есть отдельные люди, у которых память как записывающее устройство, хранящее малейшие подробности их повседневной жизни, но я к ним не принадлежу. Моя память – лоскутное одеяло происшествий, наспех сшитых в лоскутный ковер обрывочных событий. Одни фрагменты я помню в точности, другие же выпали, исчезли без следа.

Идеи убить сложнее, чем людей, но в конечном итоге их можно убить.

Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом понимают: куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.

Сегодняшнее будущее — это завтрашнее вчера.