Глухой услыхал, как немой рассказ, будто слепой видел, как ягнёнок плясал на проволоке.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Глухой услыхал, как немой рассказ, будто слепой видел, как ягнёнок плясал на проволоке.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Человеческое сердце разбить нельзя. Это только кажется, что оно разбито. На самом деле страдает душа. Но и у души достаточно сил, и, если захотеть, можно её воскресить.
Я рассматривала людей, проходивших внизу. У каждого из них своя история, и она — часть еще чьей-нибудь истории. Насколько я поняла, люди не были отдельными, не походили на острова. Как можно быть островом, если история твоей жизни настолько тесно примыкает к другим жизням?
У любого человека есть своя «инструкция». Надо только найти главную кнопку. Для этого нужно представить его ребенком и задать себе вопрос: «Чего ему тогда не хватало?».
Человек чувствует, как тщетны доступные ему удовольствия, но не понимает, как суетны чаемые.
Есть три типа людей: богатые, бедные и те, кто посередине. Но все истории заканчиваются одинаково. Рано или поздно все мы потерпим неудачу.
Одиночество духа гораздо страшнее одиночества тела, которое можно насытить каким-то эрзацем, тогда как душа признает только подлинник.
Нет такого места, где не было бы войны, и нет человека, которому не пришлось бы воевать. Все что мы сможем сделать – это выбрать, на чьей стороне драться. Такова жизнь.