Дай мне уйти и на прощанье вырвать сердце из груди.
Жизнь не значит ничего – всего лишь слово.
Где всё, что важно для тебя – для них бредово.
Дай мне уйти и на прощанье вырвать сердце из груди.
Жизнь не значит ничего – всего лишь слово.
Где всё, что важно для тебя – для них бредово.
Мы так старались, так хотели быть просто выше.
Мы так кричали, чтобы хоть кто-нибудь услышал.
Я изнемог, и смутно реет
В пустой груди язык чудес…
Я, отрок вечера, вознес
Твой факел ночь, и он чуть тлеет,
Страдальца взор смешно пленяет
Мои усталые глаза. -
Понять могу ли, егоза,
Что уголь не светя сгорает;
Я зачарованный, сокрытый
Я безглагольно завершён, -
Как труп в непобедимый лен, -
Как плод лучом луны облитый.
Я, ни юродивый ни льстивый,
Смыкаю перед тьмою взор
И, подходя к подошвам гор,
Хочу обуться торопливо.
Мне строчки эти Осипа по духу так близки,
Души Еврейской россыпи, боль грусти и тоски.
Мы шли под грохот канонады,
Мы смерти смотрели в лицо.
Вперёд продвигались отряды
Спартаковцев, смелых бойцов.
Средь нас был юный барабанщик,
В атаках он шёл впереди
С весёлым другом барабаном,
С огнём большевистским в груди.
Однажды ночью на привале
Он песню веселую пел,
Но, пулей вражеской сражённый,
Пропеть до конца не успел.
С улыбкой юный барабанщик
На землю сырую упал...
И смолк наш юный барабанщик,
Его барабан замолчал...
Не сын был мне нужен. Солдат, воин. Я думал, что им станет Джонатан, однако в нем осталось слишком много от демона. Он рос жестоким, неуправляемым, непредсказуемым. Ему с самого детства недоставало терпения и участия, чтобы следовать за мной и вести Конклав по намеченному пути. Тогда я повторил эксперимент на тебе. И снова неудача. Ты родился слишком нежным, не в меру сострадательным. Чувствовал боль других как свою собственную. Ревел, когда умирали твои питомцы. Пойми, сын мой… я любил тебя за эти качества, и они же сделали тебя ненужным.
Другие уводят любимых, -
Я с завистью вслед не гляжу.
Одна на скамье подсудимых
Я скоро полвека сижу.
И в тех пререканьях важных,
Как в цепких объятиях сна,
Все три поколенья присяжных
Решили: виновна она.
Я глохну от зычных проклятий,
Я ватник сносила дотла.
Неужто я всех виноватей
На этой планете была?
Миллиарды жизней оборвались одновременно. Миллиарды мыслей остались невысказанными, мечтаний — невоплощенными, миллиарды обид — непрощенными.
I really can't believe
That you are gone
Feelings of misery
I'm feeling alone
How can I sleep at night
Oh please hurry home
Let me apologize
Cause I know I was wrong
Why did you leave me alone?