19:84 — иногда

Другие цитаты по теме

Мне строчки эти Осипа по духу так близки,

Души Еврейской россыпи, боль грусти и тоски.

Мы шли под грохот канонады,

Мы смерти смотрели в лицо.

Вперёд продвигались отряды

Спартаковцев, смелых бойцов.

Средь нас был юный барабанщик,

В атаках он шёл впереди

С весёлым другом барабаном,

С огнём большевистским в груди.

Однажды ночью на привале

Он песню веселую пел,

Но, пулей вражеской сражённый,

Пропеть до конца не успел.

С улыбкой юный барабанщик

На землю сырую упал...

И смолк наш юный барабанщик,

Его барабан замолчал...

В эти мгновения Кон воспринимает свою аллергию к этому миру, свое отчуждение от него — как недостаток. С детства он знает за собой это болезненное неумение вживаться в привычное окружение...

Мы привязались друг к другу, мы нужны друг другу – два случайных одиночества.

Другие уводят любимых, -

Я с завистью вслед не гляжу.

Одна на скамье подсудимых

Я скоро полвека сижу.

И в тех пререканьях важных,

Как в цепких объятиях сна,

Все три поколенья присяжных

Решили: виновна она.

Я глохну от зычных проклятий,

Я ватник сносила дотла.

Неужто я всех виноватей

На этой планете была?

Никакое желание не сбывается до конца; по крайней мере в этом мире.

С тех пор как я живу среди мужчин, я столько раз видела, как самым недостойным образом изменяют женщине, как небрежно предают огласке тайные отношения, а самую чистую любовь беспечно марают грязью, как молодые люди, вырвавшись из объятий очаровательнейших возлюбленных, бегут к отвратительным куртизанкам, а самые надёжные любовные связи без малейшей уважительной причины внезапно обрываются, — теперь я уже не в силах решиться на любовное приключение. Это было бы всё равно, что среди бела дня с открытыми глазами броситься в бездонную пропасть.

Подумайте, что может быть ужаснее, как любить и не быть любимым!

Не знаю, какой диагноз ставят врачи человеку, который не мерзнет тогда, когда должен мерзнуть.

Какое там все по-прежнему, без него все не так, ей его недостает, у нее внутри дыра, и ветер, еще более холодный, чем прилетает из Йеллоунайфа, теперь продувает ее насквозь, а мир — такой пустой, настолько лишен любви, когда нет никого, кто выкрикивает твое имя и зовет тебя домой.