Знаешь, это очень странно, но мне очень нравятся ужастики. Наверно, мне нравится видеть, что кому-то хуже чем мне. К тому же, всегда убивают красивых блондинок. А выживают девушки-очкарики.
Алло, полиция? Мне срочно нужна скорая... да хоть ветеринар... у меня директриса рожает!
— Хулио, ты должен мне помочь! Смотри, ты ведь гетеросексуал? Что бы ты сделал... Если бы с тобой флиртовал гей?
— Ты уже флиртовал со мной, Фер...
— Да ладно, хочешь сказать, что тебе тут не одиноко? В заднице мира?
— Нет. Я не очень люблю людей — предпочитаю фасоль. Видел длинную фасоль? Она взошла. И ещё банджо. Вот мои друзья: фасоль и банджо. И ещё я трахаю сварщицу — надо иметь хобби.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
Cлайд с цитатой