Линор Горалик, Сергей Кузнецов. Нет

Другие цитаты по теме

Я в порядке. Еще не настолько, чтобы шляться по ночным клубам в поисках правильного мальчика, с которым можно будет начать жизнь сначала, но уже достаточно, чтобы думать о правильном мальчике с удовольствием. К сожалению, маленькая Кшися, я знаю, что правильные мальчики не водятся в ночных клубах. Они встречаются тебе так: ты идешь по парку, вернее, ты бежишь по парку больницы, потому что маме только что сделали простую операцию, — кажется, это был аппендикс или катаракта, сейчас не помню, — и буквально сбиваешь с ног молоденького практиканта с такими прекрасными синими глазами, и даже не извиняешься, а спрашиваешь, где палата, и он помогает тебе найтись, а потом пьет с тобой мерзкий больничный кофе, а потом живет с тобой семь лет, а потом встает и уходит.

Да, ты любишь, чтобы тело надолго запоминало любовные свидания. Ты любишь, когда тебе делают больно. У тебя дома небольшой склад разных забавных вещиц, черных кожаных игрушек, хлыстов, кляпов, зажимов для сосков. В хорошие дни ты не видишь ничего необычного в своих пристрастиях. Ты думаешь об этом примерно так: иногда я хожу танцевать буги-вуги в клуб на Кропоткинской, иногда — прошу меня бить и делать мне больно. Что секс, что танцы: главное — хороший партнер. Так ты думаешь в хорошие дни, а в плохие дни вспоминаешь, что секс — не танцы, и человеку с твоими вкусами нелегко найти достойного партнера. Нелегко, но ты как-то справляешься. Более или менее.

Взрослыми становятся не тогда, когда заводят ребенка, а тогда, когда умирает последний, кто помнит ребенком тебя самого.

... Скажи мне, для чего такое мщенье?

Я виноват, другую мог хвалить,

Но разве я не требовал прощенья

У ног твоих? Но разве я любить

Тебя переставал, когда толпою

Безумцев молодых окружена,

Горда одной своею красотою,

Ты привлекала взоры их одна? —

Я издали смотрел, почти желая,

Чтоб для других очей твой блеск исчез;

Ты для меня была — как счастье рая

Для демона, изгнанника небес.

Мне бы не знать, что такое разлука,

Мне бы не слышать своего сердца стука,

Час без неё длится пятеро суток,

А мне бы не думать о ней хоть минуту.

Хотя бы минуту...

Неподдельно от боли воя в пустынных просторах комнат,

Стережем одиночество. Свято храним, как зеницу ока,

Пока где-то нас ждут, пока где-то нас все же помнят -

Нам гордыня не даст проорать, как же дико нам одиноко.

Случайности, которые сводят нас с людьми, не совпадают со временем, когда мы их полюбим: мы можем столкнуться с этими людьми до того, как все началось, и потом, когда все уже кончено, но первое появление в нашей жизни человека, которого нам позже суждено полюбить, задним числом обретает для нас силу предсказания, предзнаменования.

Кто беден, если его любят? Никто, ни один человек. Я ненавижу

свое богатство. Оно гнетет меня. Пусть он разделит этот гнет со мной.

А может быть, к примеру, и то, что прежде всего ему самому нужно было как-то оправдаться перед собой, объяснить себе и другим, почему же все-таки так ничего и не получилось у него в обыденной, указанной человеку самой природой жизни, почему он потом до конца своих дней избегал женщин и почему под старость оказался один как перст. Потому, наверное, не получилось ничего, что между ним и ими, этими женщинами, всегда была холодная, непроницаемая стена их равнодушия, их неверия никому, а он был слишком слаб, слишком ненастойчив, чтобы достучаться в конце концов до того сокровенного, что было спрятано, он знал, в самой глубине их сердец.