Тому, кто по-немецки не говорит, мы не рады.
Это нонсенс — говорить, что немцы не могут измениться.
Тому, кто по-немецки не говорит, мы не рады.
Аннексия Крыма — это событие, которое нас в Германии и Евросоюзе поразило. Фундамент послевоенной европейской политики, принцип территориальной целостности каждого государства — этот принцип не просто поставлен под сомнение, а вовсе проигнорирован. Это, мягко говоря, чрезвычайно опасно для Европы. Это недопустимо. Иначе мы очень быстро разрушим все, что мы выстроили после 1945 года.
Разве не ужас? Вот мы, два офицера германского генштаба, обсуждаем, как лучше прикончить нашего главнокомандующего..
— Вы будете проживать в восточной Европе.
— Это в Европе?
— Там почти как в Париже... 50 лет назад.
— Восточная Европа? Ты что, спятила?!
— Мама, это же Европа, почти как Париж 50 лет назад.
— 50 лет назад в Париже были нацисты.
Монарх — человек, чья работа заключается в царствовании. Прежде монарх правил, о чем свидетельствует само это слово и в чем могли убедиться многие и многие. В России и в странах Востока монархи до сих пор значительно влияют на жизнь общества, да и на местоположение человеческих голов тоже, но в Западной Европе политическое управление препоручено, главным образом, его министрам, сам же монарх более озабочен сохранностью собственной головы.
По-немецки я не понимаю ни слова. Меня учили этому языку в школе, но окончив её, я уже через два года начисто всё забыл и с тех пор чувствую себя гораздо лучше.
Я знаю немецкий язык, как мама и сестра. И получается, все понимают по-немецки в семье кроме папы. Но он очень рад, потому что он хотел бы не понимать нас вообще. Он бы хотел забыть даже русский и уйти в горы, но там нет телевизора.
Начиная с царствования Петра Великого иностранные ученые, военные, дипломаты, деятели искусств верно служили русской монархии. Было среди них и множество выходцев из Германии. Их потомки оседали в России, сохраняя язык и некоторые традиции, претерпевавшие со временем изменения на русский манер, и в результате становились зачастую даже более русскими, чем коренные жители. Что говорить, дошло до того, что и самодержцев российских с полным на то основанием можно было называть немцами. Установление родственных связей между династиями началось с брака родителей Петра III — цесаревны Анны Петровны и герцога Гольштейн-Готторпского Карла Фридриха. После этого процесс принял необратимый характер, и через два века Романовы имели уже доминирующий процент немецкой крови.