... Я заблудился, выхода мне нет.
В тебе брожу я словно в лабиринте...
... Я заблудился, выхода мне нет.
В тебе брожу я словно в лабиринте...
Вот оно, тело, без которого нет мне покоя. Каждую ночь я засыпаю на твоей руке – представляю её, твою руку, и засыпаю, прижавшись щекой. Эту трещину на пальце, поверишь ли, я целовала позавчера перед сном. А вчера – нет, вчера я так и не смогла заснуть, потому что ты звал меня, я же слышала, как ты звал.
Ценность партнера определялась мощью положительных ощущений. И одновременно – мощью возможных отрицательных ощущений от его отсутствия.
... ты повзрослеешь тогда, когда перестанешь запихивать в любовь все чувства подряд. Близость, зависимость, дружбу, ожидания. Все, что кажется тебе реальностью, ты придумал сам. Научись наслаждаться тем, что есть. Без определений.
Ричард воспринимал своё одиночество, как нечто священное. Как заслуженную медаль почёта. Как плащ, чтобы отгородиться от жизни, как свою безопасность. Одиночество было его сущностью. Это стало причиной появления в его жизни людей, судивших о нём со слегка прикрываемом презрением. Ричард был уверен, что он не нравится другим, что тяжело для мужчины. Возможно от того, что он ничего не давал, он ничего и не получал взамен. В любом случае, это стало невыносимо. Самые тёплые чувства, которые он испытывал к друзьям, были либо воображаемыми, либо вымершими. Ричард дошёл до такой точки в жизни, когда этого уже стало не хватать, и он встретил девушку, она была тёплая, и она была печальная, и она была так одинока, что напомнила ему о самом себе. Она понесла такую утрату, какой никогда ни у кого не должно быть. И она знала кое-что, и научила его этому, и Ричард думал, возможно вот это как – дружить? Может быть… Это был только проблеск, едва ставший реальным, но в эти несколько длинных зимних дней она дала ему так много, что Ричард смог продолжить жить. А что он дал ей? Только несколько слов на листе бумаги. Не так много, возможно, но для Эбби он надеялся, этого было достаточно.
— Отвернуться от Хлои, нормально? Просто взять и забить на ее чувства?
— Чувства, над которыми она не властна! Ненастоящие чувства!
— Но она-то не в курсе.
— Поэтому, я должен спасти ее от...
— От себя. Ты защищаешь Хлою, потому что у нее не было выбора.
— Теперь я его предоставил.
— Сделав для себя щит из Кэнди?
— Забота о людях всегда выходит боком. Чувства — это отстой. Это не я должна подвергаться пыткам.
— Ты эти пытки и устраиваешь.
— Да, так что, пожалуйста, доставь меня домой.
— Я не могу. И дело не в возможной реакции Отца. Я не могу потерять тебя, Мэйз. Только не тебя тоже.
— Что значит: «не меня тоже»?
— Детектив... Я видел, как она поехала с Пирсом. Вид у нее был счастливый. Я ведь этого и хочу, наверное, да? Ее счастья. Вот бы только намерения Пирса были чисты. В общем, я к тому, что ты права, чувства и люди — это отстой. Так что, хотя бы мы есть друг у друга.
Сколько дней и воды утекло,
И дождями мечты отшумели.
Но живём, несмотря ни на что,
Только волосы вот побелели.