Без идеи не может быть ничего великого! Без великого не может быть ничего прекрасного.
Только Идея — бессмертна, только без нее немыслима жизнь.
Без идеи не может быть ничего великого! Без великого не может быть ничего прекрасного.
— У неё тоже нет ключа. (Вздыхает) Почему всё так сложно?
— Может стащим пару десертных ложечек и сделаем подкоп?
— А что, идея неплоха. Ты её запомни.
Величья ты не обретешь
Ни сведеньями, ни искусством,
Ни храбростью, ни мощью тож,
Ни ловкостью, ни безрассудством.
В сей жизни не приносят власти
Ни бег прекрасного коня,
И ни удачи, ни напасти,
И ни свойство и ни родня.
Уайрман смеялся сейчас, потому что чуть раньше перепугался, как мы с Джеком и как, должно быть боялась Либбит. А почему она боялась? Потому что кто-то – вполне вероятно, случайно – подбросил ложную идею в её головку с таким богатым воображением. Я бы поставил на няню Мельду… и, наверное, на сказку перед сном, предназначенную для того, чтобы успокоить ребёнка, который еще не оправился от черепно-мозговой травмы. Может, даже страдал бессонницей. Ох, не туда, не туда попала эта сказочка и отрастила ЖУБЫ.
... он просто полагался на озарившую его идею и был в этом последователен; Пеш воплощал тип человека, которому суждена удача, ибо решает не идея, а последовательность...
Когда пишешь историю, тема рождается из внешних обстоятельств, на которые я изо всех сил пытаюсь дать ответ, поэтому читатель самостоятельно для себя решает, что ему извлечь из произведения. Поэтому месседжа и нет. Однако, не то чтобы мне совершенно не хотелось ничего сказать. Рисуя неделю за неделей, каждый раз я добавляю от себя несколько слов. «В этот раз давай тоже сделаем всё классно».
Как многим другим, ему пришлось убедиться, что у него есть всего две-три идеи и что небольшой сборник статей, только что в пятидесятый раз изданный в Германии, содержит, в сущности, квинтэссенцию всего, что он знает и думает.
Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.