Ты учти, я вполне могу поверить. Я, знаешь ли, верю почти во все что мне говорят. Так проще.
Скептический ум — страшное оружие в борьбе с собственным счастьем, немудрено, что я в этой битве всегда выхожу победителем.
Ты учти, я вполне могу поверить. Я, знаешь ли, верю почти во все что мне говорят. Так проще.
Скептический ум — страшное оружие в борьбе с собственным счастьем, немудрено, что я в этой битве всегда выхожу победителем.
Но с детством у меня сложно, я его помню, как кино или книгу — очень мило, но при чем тут я?
— Все-таки, — говорит он, — ужасная у меня манера — рассказывать с самого начала, по порядку.
Как почти все, что я делаю, эти заметки не нужны и не интересны никому, кроме меня самого.
Я с рождения абсолютно уверен, что совершенно замечателен сам по себе и никакая дурная репутация мне не повредит! То есть, я слишком самовлюблён, чтобы утруждать себя попытками самоутвердиться...
На то и трава, чтобы по ней ходить. Таково ее предназначение. Трава, по которой не ходят, все равно что человек, к которому никто никогда не прикасался, оберегая от стресса.
«В Тюрингии живут работящие люди, здесь делают желтый цвет и ветер для всей страны». Я, когда ехал в поезде, убедился, что все правда: всюду, до горизонта, поля, засаженные желтыми цветами, и ветряки крутятся. Желтый цвет и ветер, так просто и так здорово!