Юрий Юлианович Шевчук

Другие цитаты по теме

Приличная музыка призвана скрывать несовершенности в порочности общества.

Я не люблю выходить в свет, не люблю, когда меня узнают. Не хочу, чтобы на меня смотрели. Я очень не люблю выходить на сцену, но, тем не менее, я же мазохист, и это идеальное наказание.

Спорить бесполезно.

Дураки всё знают, умные всё понимают.

Нам кричат — определись, выбери сторону…

Определился, выбрал. Миру — Мир.

Нам говорят — война спасёт Россию.

Добры молодцы, накопившие за последние годы свою национал-социальную похоть, пишут об этом в блогах, выступают по радио и ТВ.

Ищут привычных врагов для своей извращённой эротики. Но это не любовь.

А я выбрал.

Миру — Мир.

За песни под фонограмму надо платить ксерокопиями денег.

Я всегда говорю, что самым первым концертом, который я видел, был концерт Nirvana, только чтобы произвести на людей впечатление, но, на самом деле, это была Селин Дион.

Общество, где человеческие нормы поведения и мораль подменяются лозунгами, обречено на длительное разложение.

В поиске упрощенных ответов люди обвиняют в своих проблемах национальные меньшинства, иностранцев, карму, неблагоприятную ауру, которая предположительно окружает любого из нас, божьи или дьявольские деяния или расположение планет в момент чьего-то рождения и т. д. Некоторые стремятся к более высоким уровням человеческого сознания и самореализации посредством медитации. Тем, кто плохо информирован, эти вещи легко доступны, ибо не требуют доказательства или проверки фактами (отсюда популярность метафизики). Некоторые настаивают на том, что мы должны вернуться к упрощенной жизни прошлого, к «старым добрым дням». Это еще один миф, идея о том, что во времена менее совершенных технологий были лучше.

Всегда найдутся люди, которые чувствуют себя в этом мире по-настоящему неуютно. Вот для таких я и пою.

Моё поколение гораздо более покорно, чем все предыдущие. Для поколения моих родителей мятеж был частью поп-культуры, но, увы, это больше не так. Достаточно посмотреть, какой была их музыка и какой стала наша.

Это не я отрицаю общество, это общество отрицает меня!