— Какое оружие ищете?
— Которое делает больно.
— Какое оружие ищете?
— Которое делает больно.
Чутье мне подсказывает, что педантичность — важная черта для тех, кто ищет нацистов.
Если у нас есть лицензия на то, чтобы стать монстрами, у нас возникает лишь одно желание: и вправду стать монстрами.
— У меня с Мэри никогда ничего не выйдет. Она мне очень нравится.
— Главный секрет — это время, Дезмонд. Проводи с ней побольше времени. Столько, сколько ей нужно. И тогда она передумает, вот увидишь. Это женщину и подкупает, и дает ей уверенность в тебе.
— Пробейте, пожалуйста. [Ставит несколько бутылок алкоголя]
— Восемнадцать есть?
— Типа да.
— Документы есть?
— Не-а.
— Доказать иначе сможешь?
— Не-а.
— Тогда пошел отсюда нахер!
— А вы сможете доказать, что мне нет восемнадцати лет?
— Хм, короче плати и проваливай отсюда!
— Вы видели эти ядра?
— Видел. Не жалуете прогресс?
— Это не прогресс, Людвиг. Это ад. От него погибнут тысячи тысяч. Я уже напал на след изготовителя и до конца года отправлю его на костер. Таким вещам и такому оружию не место в мире Господа.
— Ты не сможешь решить все проблемы этого мира при помощи дробовика.
— Это всё, что я умею.
Оружие, раз взятое в руки, нельзя просто так положить на место — оно должно вкусить крови врага. Оно капризно, как пустыня, и в следующий раз может отказаться разить.