Когда я счастлива, мне всегда не по себе, как будто я в чём-то виновата.
Бывают минуты и часы, которые равны целой счастливой жизни и после которых лучше бы сразу умереть.
Когда я счастлива, мне всегда не по себе, как будто я в чём-то виновата.
Бывают минуты и часы, которые равны целой счастливой жизни и после которых лучше бы сразу умереть.
Я хочу и дальше быть счастливой с тобой! Да я не о счастливой жизни! Я о счастье любви.
Я параноик наоборот. Я подозреваю, что люди вступают в сговор, чтобы сделать меня счастливым.
Париж значил для меня не то, что значит сегодня. Но даже сейчас, вспоминая о нем, я переживаю нечто вроде счастья, хотя теперь-то я твердо знаю, что счастье — это не для меня. Я не заслуживаю его, да и не стремлюсь к нему.
Я была так счастлива! Постоянно твердила себе: это не сон, ты — в самом красивом городе мира рядом с самым красивым мужчиной и впервые не боишься любить, впервые мечтаешь, чтобы у этого чувства было будущее. Удивительно. Ново. Странно.
Одно дело мужественность, а другое — амбиции самца, заболевание широко распространившееся за тысячелетия господства, честолюбия и страха проиграть.