Александр Дюма. Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя

Другие цитаты по теме

Терпеливое сердце необыкновенно мужественно, кроткий дух уверен в себе.

Удовольствия, к которым мы не привыкли, беспокоят нас больше, чем привычные горести.

Друг, будь мужчиной: женщины оплакивают мёртвых, мужчины мстят за них!

…человек честный, пусть он наш враг, но он стоит в тысячу раз больше, чем какой-нибудь подлый угодник.

Любовник, увлеченный настоящим чувством, бывает счастлив лишь в то время, когда любуется или обладает предметом своей любви, но страдает, когда с ним разлучен.

Друг мой Планше, когда я участвовал, когда ты участвовал, когда все мы участвовали в осаде Ла-Рошели, в нашем лагере был араб, искусный стрелок из кулеврины. Это был смышленый малый, хотя и оливкового цвета. Так вот этот араб, поев или поработав, ложился, так, как я лежу в данную минуту, и курил какие-то волшебные листья в трубке с янтарным наконечником; если же какой-нибудь проходивший мимо офицер упрекал его за то, что он вечно дрыхнет, араб спокойно отвечал: «Лучше сидеть, чем стоять, лучше лежать, чем сидеть, лучше умереть, чем лежать».

Фрейд и его последователи неустанно напоминают нам об одной истине: каждого из нас раздирают и тащат в разные стороны два противоположных желания — мы хотим смешаться с миром и исчезнуть и одновременно хотим удалиться в цитадель нашей самостоятельности и уникальности. Оба эти желания, если они чрезмерны, порождают несчастье. Нас пугает наше собственное ничтожество, и многие наши дела скрывают за собой прозрачную попытку отогнать от себя этот страх.

Боже, иногда твоё мщение медлит; но тогда оно еще более ничтожным нисходит с неба.

Счастье — это вытеснение страдания и беспокойства.

Всегда торопишься быть счастливым. Кто долго страдал, тот с трудом верит своему счастью.