— Время имеет разные величины, — после паузы сказал Грег. — Да, я тоже это давно заметила, — согласилась я. — Иногда кажется, что минуты превращаются в часы. — Или наоборот, — подхватил он. — И во что тогда превращается вечность? — задумчиво спросила я, про себя удивившись возникшей теме разговора. — Вечность — это никогда не прекращающийся ужас одинокой души.
У тьмы в твоей душе столько оттенков... столько граней. Они, переливаются и сияют, словно драгоценные камни. Я это так четко вижу... Настанет день, когда и ты увидишь это... Тогда, ты сможешь смотреть во Тьму без страха.
Теперь, я — вампир. И сама буду выбирать, как распоряжаться моим бессмертием. Это все, что мне было нужно. Если ты думал, что я была с тобой по каким-то другим причинам, то мне жаль... Хотя, нет, не жаль. Я использовала тебя, как средство выживания. И я выжила. Больше тебе нечего мне предложить. Прощай, Майкл Грейсон.
Наибольшую боль, нам причиняют те, кого мы поклялись изгнать из памяти... но, они все равно являются нам во снах. Тихие призраки забытого счастья... Отпусти свою ведьму, вампир. Ее время в твой жизни подошло к концу.
Для любого вампира наступают времена, когда сама идея вечности на мгновение становится невыносимой. Жить в тенях, питаться во тьме только со своими, гнить в одиночестве, бессмысленно существуя. Бессмертие кажется хорошей идеей до тех пор, пока ты не осознаешь, что проведешь его в одиночестве. Поэтому я пошел спать, надеясь, что звуки проходящих мимо эпох утихнут, и настанет подобие смерти. Но пока я лежал, мир звучал иначе чем то место, которое я покинул [начинает играть рок-музыка] Лучше. Стоило восстать снова, поскольку новые боги рождались и им поклонялись. Ночью и днем они никогда не были одни. Я бы стал одним из них.
— Ты впервые сказал, что любишь меня, когда привел посмотреть на Янтарную луну. Ты обещал обратить меня, и говорил, что отдашь свое бессмертие за меня... Как жаль, что все это исчезло... Сгорело, не оставив даже пепла.
—Однажды, я вспомню, — сказал вампир.— Память сильнее магии.
— Каждый раз, когда я тебя вижу... Я чувствую, что хочу тебя больше всего на свете. Но я... То, что я отпускаю тебя, не значит, что я отказываюсь от тебя. Я хочу лишь, чтобы ты была счастлива. И если мне суждено обменять мою любовь, на твое счастье вдали от меня... с кем то другим, так тому и быть, — сказал вампир.
«Вечность», которая есть у куклы это, всё-таки, имитация. Она никогда не будет так прекрасна, как «момент», который у людей бывает только однажды.
Не будь смерти, жизнь бы остановилась. Остановилось бы время, и лишило бы нас удовольствия и смысла стремиться к Любви, к встречам, к чувствам, к разговорам. Нам стало бы безразлично, увидимся ли мы завтра или сегодня вечером. А может через столетие?!..
Смерть — это часть вечной жизни, это дверь в бесконечность, в непрерывность, в изобилие Любви и Света. Смерть — это всепрощение. Это возвращение Домой...
Рука взлетела в воздух, на полпути развернулась, пальцы согнулись, чтобы удобнее было драть и царапать лицо…
Однако он оказался быстрее и перехватил ее руку.
– Молодец, – похвалил он, рассмеявшись. А второй рукой он перехватил ее второе запястье.
– Мне нравятся женщины с характером!
Однако руки у него закончились, тогда как в резерве у Пердиты еще оставались колени. Глаза Влада закатились, и он издал едва слышный звук, больше похожий на «гхны…»
– Великолепно! – прохрипел он, складываясь пополам.
Cлайд с цитатой